Легенды о Дневе. Право на счастье. Часть 2

– О боги, жестокость удел слабых – тихо сказала Корани.

– Это таверна, пьяная драка. Такое бывает везде – пытаясь скрыть сарказм сказал Брайтон.

– Это не была пьяная драка, наёмники попытались изнасиловать гражданку Сайраншеала, а мой брат, будучи в составе стражи после переброса с северного берега, решил помешать совершению преступления. Его помощь бедной девушке закончилась тем, что эти мерзавцы распяли его прямиком на площади и подожгли уже мертвое изувеченное тело.

– Его смерть нельзя считать самой худшей, Валерана. Он погиб героически, так должен умереть любой воин. Да – это жестоко, у него была тяжелая кончина, только вот и поступок его не останется незамеченным, – Левардье задумался на мгновение, после чего подобрав нужные слова продолжил, – там откуда я и Корани родом, считалось что те, кто пал в бою, уходят за завесу, дабы пировать с богами, а кто трусость испытывал во время гибели, того боги отправляют с берега жизни на берег мёртвых по мосту, который тонкий, словно струна, и раскалённый, будто жерло. Проходя по нему, трус не имеет право оступиться, хоть и испытывает адскую боль от того, что мост режет его ступни, одновременно сжигая кожу и мясо дотла. Если же он доходит до конца, то очищает себя от страха и боги забирают его в свои покои, а если же нет, то они отправляют его душу скитаться по вечному мраку.

– Религия. Отец, если бы услышал это, то казнил бы вас за ересь – огорченно сказала эльфийка.

– Это вера, а не религия. Мы, западные жители, больше уверовали в Арто и его святые силы, мы отпеваем все души. Без разницы умер человек от старости, в трусости или же его убили. Отпетая душа уходит в рай. Если же человек посмел калечить женщину, ребенка, убивать во имя чужих богов, грабить и насиловать, то молитва совсем другая. У каждого есть после смерти два пути: в рай, что за завесой, или в минос, что под землей. Как ни странно, большинство людей всё же боятся там оказаться – щурясь из-за солнца, что пробивалось сквозь деревья рассказала Илина.