Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель

Однако позже в тот же день от встречи с ними было не отвертеться, так как Королева должна быть присутствовать на обязательном ответном банкете, который Чаушеску дал в ее честь в «Кларидже». Именно там поведение британского правительства достигло надира. Когда перед отелем собралась небольшая демонстрация, возглавляемая румынским диссидентом Ионом Рациу[104], полиция не только припарковала между демонстрантами и зданием огромный автобус, но и арестовала Рациу за «противодействие полиции». Его увезли в фургоне и не отпускали до окончания банкета. Хотя на следующий день Рациу отпустил суд магистрата Мальборо-стрит, позднее New Law Journal назвал этот случай «достойным сожаления» примером «действий полиции в интересах политики».

Тот факт, что правительство нервничало, был понятен. Чаушеску еще предстояло подписать контракт на самолеты. В отчете о визите Реджи Секонде, британский посол в Румынии, признавал, что подписание контрактов с BAC и Rolls-Royce «до последнего момента висело буквально на волоске». Британцы отвезли Чаушеску на завод BAC в Филтоне под Бристолем, где ожидались праздничный ланч и официальная церемония подписания контракта перед телекамерами. Как выразился Секонде, в последнюю минуту обе стороны так активно торговались, что обстановка за ланчем напоминала «муравейник, который разворошили палкой». Визит должен был завершиться подписанием множества бессмысленных коммюнике, которые, как и ожидалось, были «напыщенными». Чаушеску важно сообщил Джеймсу Каллагану, что объем торговли с Великобританией к 1985 году возрастет со 133 миллионов фунтов стерлингов в 1977 году до миллиарда фунтов стерлингов.

– Вы поставили перед собой исключительно амбициозную цель, – вежливо ответил Каллаган.

Документы Министерства иностранных дел показывают, что за закрытыми дверями британское правительство считало, что он несет чепуху – как это и оказалось на самом деле. Однако в то время британские дипломаты были чрезвычайно довольны собой. «То, что Президент остался доволен визитом, ясно по тому, что в Румынии его поездка получила колоссальное и совершенно беспрецедентное освещение, – отмечал в своей депеше Секонде. – Президент Чаушеску был непростым клиентом, – признал он, отметив «с облегчением», что «было замечено очень мало антирумынских плакатов и никаких вызывающих неловкость демонстраций протеста не было». Главной злодейкой – как всегда, по мнению Министерства иностранных дел, – осталась британская пресса. В этом случае особо выделяли Бернарда Левина за «неуравновешенные и оскорбительные статьи» о том, как Чаушеску подвергает преследованиям румынских христиан.