Последняя акция
- Автор: Ковалев Анатолий Евгеньевич
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: Лабиринт-Пресс
- ISBN: 5-9287-0056-3
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Последняя акция». Краткое содержание книги:
Бывшие хозяева жизни не брезгуют ничем, лишь бы снова дорваться до сладкого куска. В их грязные игры оказываются втянутыми не только взрослые, но даже дети…
— А далеко он отсюда?
— Да ты никак на Страшный собрался? — В голосе старика прозвучал испуг, а пес при этих словах заскулил и прижал к земле хвост. — Собака и то понимает! Знал бы Матвеич, что ты на Страшный соберешься, вряд ли лодку бы дал.
— Неужели из деревни там никто не бывает? — не верил Соболев.
— Почему? Есть смельчаки. Уж больно грибные места.
— И что, не возвращаются?
— Возвращаются. Да только время от времени обязательно кто-нибудь пропадает, — тяжело вздохнул старик и посетовал: — Жаль, табачку ты мне не привез!
— В следующий раз не забуду, — пообещал Соболев, поднимаясь с крыльца, и снова задал тот же вопрос: — Далеко ли до острова?
— Упрямый ты, брат! — разозлился старик, а потом все-таки объяснил, как доплыть до Страшного, видно, ухи ему сильно хотелось, а навязчивый гость все не уходил.
Соболев уже взялся за весла, как в его голове созрел новый, дерзкий план. Пришлось опять вытаскивать лодку на берег.
Старик чистил рыбу, когда Юра крикнул ему из сеней:
— Это снова я, Егор Трофимыч.
— Вижу, что не папа римский, — неласково отозвался тот. — Забыл что?
— Забыл с вами уговориться насчет кавказца того. — Юра по-прежнему стоял в сенях и проходить в комнату, по-видимому, не собирался. — Мне кажется, он вас еще навестит.
— Не дай Бог, — перекрестился Трофимыч. — Рожа у него больно неприятная.
— Так вот, если он все-таки придет, подайте мне знак.
— Какой знак? — не понял Калмыков.
Юра не стал выдумывать велосипед, а воспользовался старым, испытанным шпионским средством:
— Если он появится вновь, переставьте горшок с фиалкой на то окно, что глядит на озеро.
Лесник посмеялся над Юриной затеей.
— А ты такой зоркий, что из лагеря своего, можно подумать, увидишь? — Он вспорол брюхо карасику и выскреб на газетку кишки.
— Сделайте так, Егор Трофимыч, а остальное — моя забота.
Отплыв метров сто от дома лесника вдоль правого берега, Юра обогнул мыс, врезавшийся густым сосняком в озеро, и обомлел: такая открылась перед ним картина. За мысом озеро становилось шире раза в полтора, так что дух захватывало, и начинающий гребец почувствовал дрожь в коленях. Цель его плавания — остров Страшный вырисовывался на горизонте дремучим сосновым бором. Расстояние от мыса до острова было примерно с километр. Грести становилось все тяжелее, к тому же как назло солнце ушло за тучи и накрапывал мелкий дождь.
«Остров не просматривается из деревни, тем более из лагеря, — рассуждал Юра. — Какой же мощности должны быть прожектора, если Блюму с самой крайней точки озера был виден световой нимб над лесом? И что это за праздник, черт возьми? Иван Купала? Надо узнать, была ли та воскресная ночь «ночью на Ивана Купалу»?»
Сначала Соболев не придал особого значения своим рассуждениям об этом старинном русском празднике. Ему пришел на память фильм Тарковского «Андрей Рублев» с единственной, пожалуй, эротической сценой в ту пуританскую пору. Юра тогда впервые услышал об этом празднике. «Нет, не впервые! — возразил он сам себе. — Впервые о нем я прочитал у Гоголя». И тут память преподнесла ему сюрприз. «Да еще при Брежневе, в самые махровые времена, я делал «Ивана Купалу» на одном необитаемом острове!» Кто это говорил? Не приснились же ему эти слова? Юра остановился на полпути и потер пальцами лоб, как Аладдин — волшебную лампу.
На третьем курсе института они сдавали курсовой спектакль по малым эстрадным формам — репризы, интермедии, миниатюры, клипы и так далее. Авдеев, как всегда, делал только последний штрих, появлялся в самые горячие деньки перед сдачей. Это была его тактика, выработанная за многие годы преподавания в институте. Если Арсений Павлович чувствовал, что группа сильная, то предпочитал не вмешиваться в творческий процесс, чтобы не давить авторитетом. Даже одна яркая личность могла сделать погоду, а в их группе таких личностей насчитывалось по крайней мере пятеро: акробатка Жанна Цыбина, танцовщица Вера Сатрапова, цирковой клоун Вовка Осьминский, актриса Лина Кораблева. Но они были прекрасные исполнители, а думал за всех Соболев.
Их аудитория, представлявшая собой камерный зал, вмещала не больше тридцати человек зрителей. На их же курсовые спектакли народу набивалось иногда до сотни. Даже старожилы признавали, что такой интересной группы еще никогда не было в институте. Начиная с первого курса ниже пяти баллов комиссия им не выставляла, хотя в комиссии сидело немало врагов Авдеева. Его не любили за вздорный характер и за талант.