Китайский секрет для мистера Форда

Лицо доктора Бэнкс окаменело.

– Не смотрите на меня так страшно. Мы бы убили двух зайцев. Я как раз и думал, что вы-то от этого только выиграете! А я сначала устрою из пропаганды вакцинации инферналии, а потом предстану пред фордовы очи с оправданиями: «Хотел, как лучше. Да, я правда так думаю. Нет, я не идиот, выслушайте меня!» Я довел бы их там до помешательства, а при попытке выкинуть нас из дела пригрозил бы обращением в Департамент Здоровья. Где повторил бы все слово в слово. Представляете? Потом пресса, компании пришлось бы оправдываться, я бы вступил в полемику – ах, доктор, я уже почти видел этот роман в письмах! Вы читали когда-нибудь полемики в «Письмах в редакцию»? Вот, я как раз про такую. Нет, я бы не обличал. Я бы просил, умолял, доказывал. Я цитировал бы пророков Луку, Иеремию и Захарию, поминал бы коня белого и всадника бледного и слезно умолял о предотвращении язв и мора, для которого все средства хороши. Словом, получилось бы, что Форд связался с идиотом (а я на редкость старательный идиот, вы себе даже не представляете!) прелесть, что бы было.

– Представляю себе эту «прелесть».

– Настоящая прелесть. Форд в смешном положении. С него станется, конечно, устроить идиоту несчастный случай, но зачем пачкать руки, когда можно просто разорвать контракт, потребовать возмещения убытков – и все! Мы – сами по себе, они… Но, черт, старый мерзавец оказался с чувством юмора. Неожиданно, признаю. И в данном случае…

Доктор забрала у него посуду, дала термометр и позвала няню.

– …в данном случае обстоятельство, которое могло бы с пользой подмочить нашу репутацию – не вы. Жаль. Доктор, вы что, опять? Я же не сказал вам тогда ни слова неправды!

– Мне нужно идти, мистер Саммерс.

– Подождите! – взмолился пациент.

– Сожалею, я очень занята.

– Но, может…

Дверь аккуратно закрылась. Саммерс подождал, но доктор не возвращалась. Вместо нее опять явилась миссис Кистенмахер, которая только однажды вышла, чтобы ответить на телефонный звонок, а затем, похоже, растопить колонку в ванной. Пока она этим занималась, внизу хлопнула дверь и во дворе раздался шум мотора. Доктор уехала, а нянька вернулась на свой пост.

Время тянулось ужасно. Коммерсант задремал. Когда он проснулся, все оставалось по-прежнему. Единственное, что изменилось – вошла миссис Кистенмахер и включила лампу. Прошла еще вечность. Потом, судя по звукам, во двор въехал автомобиль. Из коридора послышался скрип кресла: нянька встала. Саммерс, лежавший с закрытыми глазами, принял безмятежный вид и постарался дышать как можно ровнее. Он услышал почти бесшумные шаги, потом какое-то время ничего не происходило, и, наконец, на лестнице скрипнула ступенька: миссис Кистенмахер спускалась вниз. Саммерс осторожно сполз с кровати и добрался до подоконника. В сумерках тускло желтели бортовые фонари черного «Модель-Т». Разглядеть отсюда, чей он, не было никакой возможности. Прокляв все на свете, коммерсант вернулся в постель, но скоро из нее выбрался и попытался подслушать, что происходит внизу. Ему пришлось повторить свою вылазку дважды. Наконец, он счел безопасным спуститься по ступенькам на один марш. Там, прижимаясь к стене и стараясь не забыть о часах, висевших вровень с его головой, он услышал голоса. Часы мерно качали маятником.