Прежде чем увянут листья

На столе лежала домашняя колбаса. Нарезая ее, Фрейд припомнил еще одну охотничью историю. Присела за стол и Эльза. Она молча следила за детьми, и Юрген понял, что ее что-то расстроило.

К тому же начал докучать младший:

— Папочка, расскажи, как ты заколол кабана.

Эльза сердито положила на стол вилку и нож:

— Слушай, Оскар, не можешь ли ты хотя бы за столом освободить нас от своих вечных историй? Разве не о чем больше поговорить? Ты же не любишь, когда дети за столом много болтают.

— Хорошо… не расстраивайся… Клеменс, возьми себя в руки и слушайся мать! Что поделаешь, если семья не любит охоту, которой ты отдаешь половину жизни…

Позже, когда дети уже легли в постель, Юргену удалось перевести разговор на другую тему. При этом он заметил, что фрау Фрейд посмотрела на него с благодарностью.

Эльза Фрейд стройна, даже изящна, и тот, кто не знал ее, с трудом поверил бы, что она мать четверых детей и что ей уже тридцать. Черные волосы она гладко зачесывала назад и скрепляла на затылке скромным бантом. Юрген попытался представить, как бы она похорошела, если бы эти волосы свободно рассыпались по плечам… Говорила она темпераментно, тщательно подбирая слова, которые произносила с придыханием, свойственным жителям западной части Тюрингии. У нее законченное специальное образование. Еще в школе подметили ее способности к рисованию. Несколькими штрихами она могла изобразить то, на что у других уходили часы. Учителя утверждали, что ее глаз способен видеть главное. Девушку направили на учебу в художественное училище, которое она успешно окончила. Устроилась на работу, мечтала по-настоящему развернуться, но случилось так, что на ее жизненном пути встретился Оскар Фрейд.

В то время он был слушателем офицерской школы — молодой, сильный, обладавший неисчерпаемым запасом смешных баек. Он еще не закончил учебу, когда Эльза забеременела. Они сыграли свадьбу. Вначале жили у его родителей, так как у них не было своей квартиры. Родился второй ребенок. Эльза все еще жила надеждой, что наступит такой день, когда она вернется к работе, сумеет проявить свой талант. Но этот день так и не пришел. Когда родился Клеменс — это было уже в Борнхютте, — она поняла, что с мечтой следует расстаться, по крайней мере на ближайшее будущее, а когда она ждала Ингу, у нее не осталось никаких надежд.

Примирившись с судьбой, Эльза внешне казалась очень спокойной, словно подвела какую-то незримую черту. Тогда-то второй жизнью Оскара стала охота и, несмотря на немалые расходы, он устроил охотничью комнату.

Всего этого Эльза не рассказывала, но Юрген сам догадывался по ее отдельным словам или по выражению лица Оскара, который сидел рядом и улыбался.

— Не знаю, стоит ли вам привозить сюда жену, знаю только, каково мне. Если она любит свою профессию, то ей будет трудно с ней расстаться. Это так естественно…