Прежде чем увянут листья
- Автор: Вурцбергер Карл
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Воениздат
- Переводчик: Ю. Н. Жданов
- Жанр: Другая проза
Электронная книга - «Прежде чем увянут листья». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на широкий круг читателей.
Теперь отвечает Майерс:
— Это давно уже стало привычным делом.
— Хорошо, тогда возьмите оружие. Потренируемся с полчасика.
Сержанты переглядываются, а Майерс не без усмешки в голосе спрашивает:
— Хотите потренировать нас в стрельбе по цели?
— Хочу убедиться, что во время стрельб все будет в полном порядке…
Они направляются на стрельбище, которое оборудовано между деревьями на окраине городка. Юрген практически воспроизводит весь процесс стрельбы, отдавая команды с безупречной четкостью.
— Вы специально тренировались? — спрашивает Майерс.
— Да, ибо считаю, что мы должны в совершенстве владеть тем, чему хотим научить солдат.
Наступает очередь сержантов. Барлаха лейтенант заставляет проделать упражнение трижды. И Рошаль вынужден его повторить. Только Майерсу оно удается с первого раза без каких бы то ни было ошибок.
— Видите, как надо? — обращается лейтенант к Барлаху. — Повторите!
Тот улыбается:
— У меня, как у Франка, не получится…
— Что значит — не получится? Вы должны это делать не хуже других командиров отделений. Выполняйте!
В глазах сержанта застывает улыбка. Он отвечает: «Есть!» — и изготавливается, но Юрген его останавливает:
— Не с таким настроем, товарищ Барлах. Вы командир отделения, и ваша задача сделать из отделения боеспособный коллектив. Поэтому вы должны не упрашивать, а приказывать. Мы ведь занимаемся нашим делом не потому, что это кому-то хочется, а потому, что это необходимо.
Барлах пытается возражать:
— Я ответил вам «Есть»… К тому же у каждого бывают в жизни хорошие и плохие моменты. Между прочим, и у вас, товарищ лейтенант.
Юрген подходит к нему вплотную:
— Вы что же, думаете, я удовлетворюсь вашими объяснениями и смирюсь с вашей беспомощностью?
— Нет…
— В таком случае запомните: я требую, чтобы вы выполняли свои обязанности, проявляя при этом заинтересованность и инициативу, как положено командиру отделения нашей пограничной роты. Вперед!
Барлах повторяет упражнение до тех пор, пока не доводит его до автоматизма. Потом они сидят рядом и курят.
— Теперь очередь за солдатами, — говорит Юрген. — Первыми будут стрелять ваши отделения. Не промажете?
Майерс и Рошаль заверяют, что не промажут. Барлах сидит безучастный, сникший…
Поздно вечером к Юргену заходит Рошаль:
— Разрешите обратиться? Барлах утверждает, что вы просите о переводе.
Юрген захлопывает книгу, которую перед этим читал:
— А откуда ему известно об этом?
— Он не сказал…
— Садитесь, — приглашает лейтенант. — А если бы это было действительно так? Какое, собственно, Барлаху дело? Перевод касается только меня и командира роты.
— Это не совсем так, — возражает Рошаль. — Солдатам далеко не безразлично, какой у них командир. Знаете, что еще сказал Барлах?
— Что же?
— Мол, лейтенант ищет легкой жизни. Меня упрекает, будто я не выполняю своих обязанностей, а сам ведет себя словно гастролер. Приехал, устроил суматоху и — будьте здоровы!
— А вы как считаете?
— Когда начальные трудности остались позади, я сказал вам, что рад тому, что вы наш командир. Я сказал правду. Вы сумели поставить на место Майерса, привели в чувство Глезера, вдохнули новую жизнь в Барлаха и в меня, а теперь хотите нас бросить…
Они стоят лицом к лицу.
— Давайте договоримся вот о чем: если у меня появится намерение перевестись, я не скрою этого от взвода, но и вашего согласия просить не буду. А пока давайте вместе выполнять наши обязанности как можно лучше. Идет?
— Так точно, товарищ лейтенант!
В день стрельб дождь хлещет с самого утра. Не успевает взвод выйти на огневой рубеж, как все уже промокли до нитки.
А вот и вторая неожиданность: лучше всех отстрелялось отделение сержанта Барлаха, заняв первое место. В метании гранат всех опережает отделение Майерса. В отделении Рошаля особенно отличились Мосс, Вагнер и Райф. Их высокие результаты призваны до некоторой степени компенсировать плохие оценки Цвайканта.
Лицо Философа покрывается бледностью еще до того, как он выходит на рубеж броска. Юрген и Рошаль ждут, укрывшись в окопе.
— Боитесь? — спрашивает лейтенант.
Цвайкант вымученно улыбается, но даже эта кривая улыбка как-то преображает его лицо.
— Сознаюсь, побаиваюсь.
— Но почему? Ведь во время стрельбы вы не волновались.
— Это совсем другое дело, — жалобным тоном отвечает Цвайкант. — Автомат стреляет в том направлении, куда его повернешь. Правила обращения с ним предельно просты, и несчастный случай всегда можно исключить. А что будет, когда взорвется такой вот кусок металла, начиненный взрывчаткой, и осколки, не разбирая, полетят во все стороны? Нет, как только я об этом подумаю, мне сразу становится не по себе…