В дни мировой войны. Мемуары министра иностранных дел Австро-Венгрии [litres]

Наконец, было сделано указание на то, что аргументы, приводимые Германией за последнее время, а именно опасность положения Западного фронта, ввиду ожидаемого крупного англо-французского наступления, являются полным новшеством. Тогда как до сих пор постоянно утверждалось, что наступления наших противников будут ослабевать – сейчас уже говорят о том, что для поддержки сухопутных войск необходимо беспощадное использование флота. Конечно, если эти опасения правильны, то все другие соображения должны отступить на задний план и необходимо пойти на риск, связанный с беспощадным применением подводных лодок. Но граф Чернин и граф Тисса оба высказали очень серьезные сомнения на этот счет.

Венгерский министр-президент указал, что необходимо в таком случае немедленно развить пропаганду в нейтральных государствах, и в частности в Америке, с тем, чтобы с самого начала правильно осветить политические цели и методы Центральных держав, направленные на самосохранение и самозащиту; а позднее, когда дело действительно дойдет до беспощадной подводной войны – пояснить, что ввиду явно выраженного намерения Антанты уничтожить Центральные державы, именно миролюбивые стремления четверного согласия не оставляют им другого выбора, как принять все меры для возможно скорого окончания всемирной борьбы.

Руководители внешней политики заявили положительно, что они предпримут все необходимые шаги в этом направлении и что все подготовительные работы ведутся уже сейчас. Адмирал Хауз присоединился к аргументам морского ведомства без оговорок, развивая мысль, что, с точки зрения военной, возможность вмешательства Америки не повлечет за собой серьезных последствий и что, наконец, сама Антанта фактически уже довольно давно практикует беспощадную подводную войну в Адриатическом море, взрывая подводными лодками госпитальные и транспортные суда.

В заключение императорский и королевский министр иностранных дел заявил, что окончательное разрешение спорного вопроса должно быть предоставлено обоим монархам, для чего они положили встретиться 26-го сего месяца».

Когда, по окончании общего совета, мне пришлось говорить с императором наедине, я нашел, что и он также настроен определенно против нового средства борьбы и разделяет все наши заботы об его возможных последствиях. Но мы знали, что Германия уже окончательно решила в любом случае объявить неограниченную подводную войну и что все наши доводы не имеют уже никакого практического значения. Поэтому необходимо было обдумать, примкнем ли мы к ней или нет. Ввиду незначительного числа наших подводных лодок наше устранение не оказало бы большого влияния на конечный исход эксперимента, и я сначала думал предложить императору отделиться от Германии по этому вопросу, хоть мне и было ясно, что такое отделение может вполне означать, конечно, конец союза.