Инопланетянка варвара [ЛП]

Странно, я помню, как мы вместе с отцом охотились, когда я была маленькой девочкой, но никогда не задумывалась над этим. Теперь, когда я вместе с Рáхошем сама вышла на дело, мне вспоминаются вещи, которые я уже и позабыла, и более того… — которыми я наслаждалась. Я никогда не считала себя типом любительниц приключений, но ничто не может дать такого удовлетворения, как отправить отлично сделанную стрелу в дичь.

Ну, ладно, ладно, секс с Рáхошем приносит намного большее удовлетворение. Охота — на втором месте.

Пока мы пробираемся сквозь сугробы, Рáхош слегка витает в раздумьях до того, как я шлепком не отбиваю его руки, когда он пытается помочь мне пробраться через особенно глубокий сугроб снега. Его губы изгибаются в насмешке, когда я стреляю в него раздраженным взглядом, и я понимаю, что он дразнит меня.

Вот же хрен. Я припомню ему этой ночью, когда мы вернемся в пещеру. В то время как мы проверяем ловушки, я мысленно продумываю способы, как могу сексуально помучить своего инопланетянина. Если снять секс с повестки дня — это наказало бы меня так же, как и его. Может, миленький, томный минет, и не дать ему кончить…

— Эй! — доносится издалека незнакомый голос, этот звук, унесенный ветром, почти неслышен.

Я удивленно смотрю на Рáхоша. Это и вправду прозвучало на английском? Может мне померещилось?

Рáхош неподвижно замирает, а затем просматривает горизонт. Тут же он хватает меня за руку и торопит меня вернуться обратно, откуда мы пришли.

— Скорее, Лиз.

— Постой. От чего мы убегаем? — пока мы пробираемся сквозь снег, я держу наготове свой лук. — Там опять мэтлаксы?

— Рáхош! — выкрикивает голос, а затем произносит несколько слов, которых я не понимаю.

Я ахаю.

— Это люди из твоего племени?

Я останавливаюсь и поворачиваюсь, прикрывая глаза от пасмурного неба, чтобы убедиться, смогу ли я рассмотреть, кто там.

— Возвращаемся в пещеру! — рычит Рáхош и спотыкается в снегу.

У меня сердце в пятки уходит, и я дергаю его за руку. Порезвиться в постели — это совсем другого типа активность, нежели утомительно пробираться через обильные снега, и я беспокоюсь, что он себя перенапрягает. Только на прошлой неделе он сломал ногу.

— Рáхош, подожди. Только не повреди себе…

Он хватается за шкуру моего тяжелого плаща и тянет меня к себе. Мне требуется лишь миг, чтобы осознать, что он поднимает меня и уносит отсюда. «Он пытается сбежать от них?»

— Рáхош, да постой же!

— Они не отнимут тебя у меня, Лиз, — заявляет он свирепо. — Ты моя! Моя пара.