Настоящая любовь и другие напасти

— Устрицы — истинный афродизиак богов! — Валери взяла раковину с тарелки со льдом в центре стола и с причмокиванием опустошила. — Тебе стоит попробовать хоть одну, Фейт.

Это не смертельно. Может, даже понравится.

— Нет, спасибо, мама. Еще хлеба? — Дочь взяла блюдо и протянула его через стол. Может ли Валери поставить ее в еще более неловкое положение? Увы, ответ — да.

— Нет, спасибо.

— Павел? — В одной из кабинок ресторана «Бруклин», где подавали устриц и морепродукты, у Фейт сводило желудок, пока она протягивала тарелочку с хлебом бойфренду матери.

— Нет. Спасибо, — ответил Павел, поднося к губам неровную раковину. Он втянул содержимое, и устрица проскользнула к нему в рот и дальше в горло.

Фейт отвернулась и с трудом сглотнула.

— Теперь не только твои глаза кажутся зеленоватыми, — прошептал ей на ухо Тай.

Миссис Даффи поставила тарелку на стол, покрытый льняной скатертью:

— Ненавижу устриц.

— Тогда почему мы здесь?

— Потому что мама захотела пойти сюда. — Это была блестящая идея Валери, чтобы они все вместе пообедали где-нибудь, и Фейт неохотно согласилась. Знай она, что ей придется смотреть, как мать и Павел с хлюпаньем втягивают устриц, — носа бы из дома не показала. Даже если бы и пришлось просидеть все это время со злобной Пебблс. — Я заметила, что ты тоже их не ешь, — сказала Фейт.

— Я не ем ничего, что выглядит таким образом, — уголок губ Тая приподнялся в настоящей улыбке. Он понизил голос и прошептал ей на ухо: — По крайней мере, не на публике.

— Это было что-то вроде неприличного сексистского замечания?

Их глаза встретились.

— Как посмотреть. А ты обиделась?

— Вероятно, должна бы.

Его взгляд медленно опускался по ее лицу, вниз к обнаженной шее до верхней пуговицы платья-рубашки.

— Но не обиделась, ага?

— Нет. Похоже, ты пробуждаешь во мне желание вести себя неподобающе. — Фейт облизнула губы и покачала головой: — Нам стоит сменить тему.

— Слишком поздно. — Взгляд Тая вернулся к ее глазам. — У меня уже возникли неподобающие мысли.

— Серьезно?

— О, да.

— Какие же?

— Поцеловать тебя, как тогда, несколько недель назад, и дальше на юг.

«Он что, правда об этом подумал?» Фейт плотно сжала бедра от ноющей боли, сгустившейся между ними.

— О чем вы говорите? — пожелала знать Валери.

— О погоде. — Фейт посмотрела через стол на официанта, забиравшего тарелку из-под устриц. — Я как раз спросила Тая, нравится ли ему Сиэтл.

Саваж-младший потянулся за бокалом вина, и рукав его темно-синей рубашки задел обнаженную руку Фейт.

— Он не слишком отличается от Ванкувера, — Тай сделал глоток и поставил бокал на стол. — Планировать заранее партию в гольф — не стоит.

— Я не умею играть в гольф, но летом здесь гораздо суше, — ответила Фейт, изо всех сил стараясь не обращать внимания на прилив желания, горячивший кожу. — Джулс рассказывал, что летом пройдет Благотворительный чемпионат по гольфу среди звезд «Чинуков». Вырученные деньги пойдут на помощь травмированным игрокам, таким, как Марк Бресслер.