Настоящая любовь и другие напасти

— Влад немного развратник, — сказала, к счастью, Джейн, отвлекая ее от созерцания фигуры в центре льда.

Фейт не замечала, чтобы от Влада исходили какие-то вызывающие страх волны. Но все же спросила:

— Он что, извращенец?

— Нет, просто никогда не стеснялся снимать полотенце перед женщиной. Думаю, ему нравилось меня шокировать. Им всем нравилось. — Джейн покачала головой и поправила на плече ремешок портфеля. — Им не хотелось, чтобы я путешествовала с командой. Считают, что женщина в самолете — плохая примета.

Может, поэтому они так притихли, когда владелица «Чинуков» полетела с ними.

— Это глупо и по-сексистски.

— Именно, — рассмеялась Джейн. — Но они же хоккеисты. — Вместе они наблюдали, как помощник тренера разложил шайбы в ряд вдоль красной линии, и журналистка сказала: — Расскажите мне о Тае Саваже.

Фейт подумала о том дне, когда стояла в конференц-зале и стягивала с себя футболку. О горячих голубых глазах Тая и о моменте, когда миссис Даффи потеряла голову и второй раз позволила Лейле выйти из-под контроля. Когда она поднимала футболку, словно стриптизерша, медленно и неторопливо, просто чтобы доказать неправоту Саважа. Когда она скользила рукой по своему животу к пуговице джинсов, просто чтобы увидеть, как голубые глаза станут еще чуть горячее.

— Что вы хотели бы узнать?

— Вы считаете, что у него есть необходимые качества для того, чтобы привести эту команду в финал?

— Ну, думаю, показатели Саважа говорят сами за себя. — Фейт смотрела, как Тай рванул с другого конца площадки, летя словно на пожар. Ветер распластал логотип «Чинуков» на груди свитера, когда капитан мчался к красной линии. Опустив клюшку, Тай развернулся и принялся отправлять разложенные в ряд шайбы в ворота. Голкипер изворачивался во все стороны, стараясь отразить каждый бросок, и поймал одну шайбу, пока другие с глухими щелчками врезались в его щитки. Еще одна шайба пролетела мимо вратаря и ударилась о сетку. — Он очень упорный, серьезный парень. — Кроме того случая, когда попытался использовать принцип обратной психологии, чтобы заставить миссис Даффи станцевать для него приватный танец. — Очень дисциплинированный, сдержанный. Мне интересно, что будет, если он когда-нибудь позволит себе расслабиться. — Но вот чего Фейт не ожидала тогда, в конференц-зале, когда Тай сидел, притворяясь, что скучает, так это то, что его жаркий, горячий взгляд заставит ее саму пылать изнутри.

Поток воздуха все еще прижимал свитер к груди Тая, когда тот сунул клюшку под мышку, чтобы проверить шнуровку перчатки.

— По-настоящему расслабится, — добавила Фейт, вспомнив, как капитал ушел от нее в «Марриотт». — Может, он оказался бы не таким грубым и угрюмым.

— Эта грубость и угрюмость неплохо смотрятся в его исполнении, — сказала Джейн. Она явно преуменьшила. — Он очень красивый мужчина.