Настоящая любовь и другие напасти

— Это имеет какое-то значение?

Покачав головой, он коснулся губами ее шеи:

— Это все, о чем я думаю.

Его пальцы скользнули ниже, разделяя ее плоть, касаясь там, где Фейт больше всего хотела.

Колени ее задрожали, и она сжала их, чтобы удержаться и не упасть к ногам Тая. Тянущая боль меж бедер стала бритвенно-острой, и единственным, что могло успокоить ее, было его прикосновение.

— Ты мокрая для меня.

— Не нравится?

Он покачал головой и коснулся губами ее плеча:

— Мне нравится, что я заставляю тебя быть такой мокрой.

Тай толкнулся в нее возбужденным членом. Фейт чувствовала жар и жажду, и было бы так легко достигнуть оргазма, пока он играл с ней, но она хотела большего. Хотела чего-то, что не имела более пяти лет. Она хотела его целиком.

Фейт повернулась лицом к Таю, и его мокрые пальцы скользнули по ее влагалищу к ягодицам. Касаясь губами его рта, Фейт расстегнула ему рубашку, вытащила из брюк и потянула вниз с плеч. А потом оказалась на нем. Прижимаясь грудью к теплому твердому телу, проводя руками по гладкой коже везде, где только могла дотянуться. Она хотела наслаждаться им так долго, как только возможно, и в то же время ее тело пульсировало и требовало немедленного освобождения. Волосы на груди Тая касались ее сосков, а дорожка, идущая к паху, щекотала низ живота. Кожа горела. Фейт целовала Тая, как будто он был ее последней трапезой. Его руки ласкали обнаженные ягодицы Фейт. Она провела по его брюкам ладонью, прижала ту к члену, чувствуя его жар через шерстяную ткань, желая каждый длинный, твердый сантиметр этого пениса, и сжала пальцы.

Подняв голову, Тай посмотрел на нее, его дыхание было тяжелым и прерывистым:

— Я больше не могу ждать.

— Да, — выдавила она, задыхаясь. Страсть, вязкая и горячая, неслась в ее венах, сжигая все, кроме потребности в Тае Саваже.

Потянувшись к бумажнику, он сбросил ботинки, пока Фейт расстегивала ему брюки и спускала их по мускулистым бедрам.

За брюками последовали боксеры. Она протянула руку к члену и провела ладонью вверх по длинному горячему древку. На налитой головке появилась капля жидкости, и Фейт растерла ее большим пальцем.

— Вы прекрасный мужчина, мистер Саваж. Только не кончите раньше, чем завершится гонка.

— Я свое дело знаю! — Он со свистом втянул воздух и оттолкнул ее руки: — На курок раньше времени не нажму, — и раскатал презерватив до основания пениса. — Сними эти трусики. Если не хочешь, чтобы я разорвал их. — Он поднял глаза: — Туфли оставь.