Друзья и недруги. Том 2

Поверила она или нет, но он не услышал новых вопросов. Ладонь Эллен вновь легла ему на лоб, и он увидел, как ее миловидное лицо омрачилось. Заметив, что он собирается что-то сказать или спросить, Эллен поспешно воспрепятствовала этому, накрыв его рот рукой.

– Помолчи немного! У тебя мало сил, чтобы тратить их на разговоры. И потерпи: я сейчас посмотрю твой бок. Обещаю быть осторожнее, но ты все равно почувствуешь боль.

Он усмехнулся под ее ладонью. Терпения ему не занимать: нетерпеливый, порывистый человек не протянул бы долго у такого господина, как Гай Гисборн. И что значит боль тела в сравнении с болью в сердце?

Все же он пару раз скрипнул зубами, когда она снимала повязку. Осмотрев глубокие раны от медвежьих когтей, Эллен прикусила губы. Они кровоточили, но самую малость. Хуже было другое: к вытекавшей крови примешивался гной, да и вид ран оставлял желать лучшего. Еще меньше ей понравился цвет кожи по краям длинных рваных порезов. Призвав на помощь все свои знания, вспомнив, чему ее учили Робин и Марианна, Эллен промыла раны чистой водой и, нанеся толстым слоем лекарственную мазь, наложила свежую повязку.

Теперь ей следовало безотлагательно заняться сухим жаром, сжигавшим все тело Джеффри. Робин накрепко вложил в ее память одно из основных правил: сильный жар надо снижать любыми подручными средствами, как угодно. В то же время он учил ее справляться с воспалением ран горячей водой, почти кипятком. Охлаждать и согревать одновременно! Нелегкое дело. «У целителя не бывает легких дел, – вспомнились Эллен слова Робина. – Простая заноза, которую ты, казалось бы, ловко извлекла, может через несколько дней привести к отниманию пальца».

К счастью, слуги Брайана де Бэллона не разорили дом Эллен, и в нем оставалось достаточно и готовых лекарств, и высушенных трав, чтобы делать отвары. Вот только справится ли она? Ведь даже Марианна при всем ее искусстве не сумела лекарствами одолеть жар, терзавший Робина, когда он был одновременно и болен, и ранен стрелой Хьюберта. Если бы не помощь богини Фрейи, Робин бы не выжил. Но Марианна имела право и возможность обратиться к Фрейе за помощью, а у Эллен нет ни того ни другого. Тряхнув головой, она мысленно приказала себе прекратить сомневаться в собственных силах и принялась готовить жаропонижающее лекарство из травяных настоев.

Когда лекарство было готово, она напоила им Джеффри, заставив выпить все до последней капли. Глядя, как он пьет, – судорожными глотками, постукивая в ознобе зубами о край глиняной кружки, – она невольно подумала с горьким удивлением: Хьюберт, брат Джеффри, едва не убил Робина, а теперь она лечит брата предателя, пытаясь спасти его от смерти. Очевидно, на лице Эллен отразились овладевшие ею чувства, потому что Джеффри посмотрел на нее, вопросительно приподняв бровь.

– Ты совсем не похож на Хьюберта. Глядя на тебя и помня его, и не подумаешь, что вы с ним братья, – только и сказала Эллен, забирая у Джеффри опустевшую кружку.