Опалённая

— Именно это я и хочу сказать, — подтвердил Флеймфанг, приняв спиртное из рук товарища, — Помнишь, я говорил, что узнал обстоятельства смерти Дианы? Кое-кто проговорился, что это сделали вовсе не люди из клана Фантомвулф, а ее собственный отец. Как тебе такое?

Стакан Мумдалла замер в сантиметре от его рта. На лице мужчины отразилось сомнение. В такое действительно трудно было поверить. Убить собственное дитя в погоне за властью — на такое способен не каждый.

Он осушил стакан, и на его щеках почти сразу проступил румянец.

— Мы с тобой с ранних лет знакомы, и я знаю, что ты человек непростой, как и каждый из клана Флеймфанг. Я до сих пор храню многие из твоих секретов. Однако, раньше мне твои мотивы были понятны, а в этот раз все гораздо сложнее. Я не нахожу причин для того, чтобы ты пытался обмануть меня. Возможно, я недостаточно глубоко смотрю, а, возможно, твои слова кажутся столь невероятными как раз потому, что они правдивы. Если бы ты рассказал тоже самое о ком либо другом, я бы точно тебе не поверил. Но Сайрис… Сайрис — человек еще более непростой, чем ты. Мой отец хорошо к нему относился, но лишь потому, что в какой-то степени опасался. Если и есть в мире человек, способный пожертвовать чем угодно ради собственных целей, то это он.

— Так ты мне веришь? — спросил Сэррас, тоже сделав глоток.

— Я сказал, что не вижу твоих мотивов для обмана, — сказал Мумдалл, и в его глазах появился веселый блеск, — Но я вижу нечто другое. Если Фракция победит, скорей всего, для принцессы Лунастеры, это будет означать смерть. Ты хочешь защитить ее любой ценой, верно? Вот вы и оказались с Сайрисом по разные стороны баррикады. Два человека, два Флеймфанга, готовых испепелить все на своем пути ради того, что для них имеет самую большую ценность. И не важно, что это: власть или женщина. Так что ты вполне мог бы предать своего отца и придумать всю эту историю, чтобы склонить меня на свою сторону. Признаться, я бы предпочел вообще не лезть в вашу семейную вражду, но, похоже, у меня нет выбора, ведь в нее втянут мой народ. И раз уж ты предлагаешь быстрый способ прекращения войны и всей этой неразберихи, то я помогу тебе. От части мне даже интересно, чем кончится дело.