Легенда о Кудеяре [litres]

– Я-то? Сторож я тутошний.

– А что сторожишь?

– Так место охраняю, – отвечает, – чтоб вам осталось.

Аншлага это в думы нелегкие повергло, а после спрашивает:

– А клад тут есть?

– А то как же, – говорит старичок и улыбается, – непременно есть. Только поискать надо. Глубоко-глубоко поискать.

– Где поискать? – совсем заворожился Аншлаг и на чудного старичка во все глаза засматривается.

– Да не там, где всегда ищут, – загадал старичок загадку и тут пропал. За стену зашел, а обратно не вышел.

Аншлаг его везде обыскался и с холма на берег бегал, может, думает, он за водой пошел, и развалины досмотрел, а все попусту. После в траву сел и стал про клад думать, загадку разгадывать. Вот, мыслит, клад всегда под землей ищут, а если не там, то где? Да еще чтоб глубоко-глубоко?

Тут ему Студень подсказывает:

– В воде это значит.

И все трое как один к озеру поворотились.

– А лучше сразу на небе, – зло говорит потом Башка. – Чего ухи распустил на россказни? Чего не погнал вредного старикашку?

– Да какая в нем вредность, – отмахнулся Аншлаг, – одна занятность. Фокусы показывает, загадки загадывает.

– Ага, фокусы, – говорит Башка. – Кирпичи и раствор он откуда брал?

Аншлаг заморгал и отвечает:

– Не заметил.

– Так ведь это же Черный монах был, – объявил тут Студень. – Нельзя его гнать.

– А ты вообще молчи, – свирепо прикрикнул на него Башка. – Все дело провалил.

Студень голову повесил и пошел прочь. А Аншлаг глаза таращит:

– Как это Черный монах? Почему?

Башка и на него накинулся за тугоумие, обозвал по-всякому и в подвал спать отправился, да полночи на Черного монаха злость копил. Никому из них до утра заснуть нельзя было. Студень внезапной душевной слабостью мучился, а Аншлаг с боку на бок ворочался и Черного монаха все разгадывал, да без успешности.