Звёзды в сточной канаве

Мы оба знали эту песню, а Влад не знал. Поэтому только дивился, чему это они так загадочно хихикают. И был доволен, что такие жизнерадостные фотографии получились.

Впрочем, мы смеялись не только над английскими шутками, но и перешёптывались по-русски:

– Лёш, а если бы твой кореш не пошёл нам навстречу, а полез бы с тобой драться за то, что ты не можешь заплатить? У него фамилия Сломов, ещё чего доброго, сломал бы тебе что-нибудь.

– Думаешь, его фамилия от слова слом? Как бы не так. От слова Шломо – аутентичное произношение еврейского имени Соломон. Вот он и поступил мудро, как Соломон.

И от этого нам хотелось смеяться ещё сильней.

Не знаю, догадался ли Влад, что мы посмеивались над ним самим. Но, как бы там ни было, он не обиделся. И, отщёлкав импровизированную фотосессию, забрал купюры, что ему причитались, и ушёл довольный.

А мы, получив разрешение использовать копии этих фотографий, договорились, что как можно быстрее выложим их на своих страницах в социальной сети. На обоих.

Закрыв дверь за агентом, мы остались вдвоём.

Нужно было перевозить её вещи.

Я не мог себе позволить, чтобы девушка оплачивала такси сама.

Но и сам не мог его себе позволить – всё-таки, издержки оказались приличными.

Пришлось показать аттракцион «фантастическая жадность» и всё на плечах перетаскать. Девушка оказалась отнюдь не слабым полом и носила чуть ли не больше меня. Поэтому, с таким небольшим количеством вещей, как у неё, вместе мы всего в три ходки управились.

Но пока разбирали их на новом месте, день уже склонился к вечеру.

С западной стороны, куда выходили окна, панорама центра города была залита яркими лучами заката. И в нашу комнату они тоже засвечивали весьма активно. Так что, я вместо того, чтобы дело делать, беззастенчиво любовался на милое лицо в очаровательных веснушках. Что держались на нём круглый год, а не только весной – истинные неформалы неформальны во всём. И на волосы, уже отросшие после последней окраски, что при обычном освещении казались светло-русыми, а при ярком свете от природы рыжеватыми.

В один прекрасный момент она тоже сделала паузу и вздохнула:

– Ой, Лёша, мне в натуре так неловко перед тобой.

– А что я сделал не так? Ты говорила, что у тебя есть проблема, которую нужно решить до двадцатого числа. Я решил её двенадцатого числа. Досрочно. Это что, плохо?