Малокрюковские бастионы

Немного погодя МАЗ показался. Ближе… ближе… Смотрит – трубами гружёный. Остановил. Рядом с водителем никого и тут же на подножку прыг, в кабину забрадся. За рулём парень. Хитро так на инспектора поглядывает и говорит с веселинкой:

– Э-э-э-э, начальник, зря стараешься, в кабине не пахнет, не употреблял, а где?, Что? Когда? Было, то всё выдохлось, а что не выдохлось, то с салярой смешалось – дух стал иной…

Жевакин же прав не спрашивает, у него другое на уме.

– Издалека едем? -0 спрашивает.

– В путёвке всё указано, начальник. Да и кабина, как вытрезвитель, щели одни.

Жевакин поморщился, разговор явно не клеился, не знает, как и начать, а парень своё толкует:

– Прав нет, по талону гоняю, но чтоб нарушать – ни…ни. Да и место здесь неподходящее , чтоб нарушать. Левак разве решит промахнуть. Лихача не жди – дорога скверная.

– Мотор-то тянет? – спросил Жевакин, чтобы снять как-то осадок скованности водителя и перевести тональность разговора в другое русло.

– Да тянет, – мотнул головой парень и тут же добавил, – но скорости, как видите, не превышаем. У меня алиби, – и он кивнул в сторону труб, – не разгонишься, да и опять же, дорога здесь плохая, резко тормознёшь, трубами голову снесёт.

Разговор не клеился и в кабине было действительно холодно.. Запищала рация – сосед условными словами сообщил, что едет проверяющий. Жевакин отпустил МАЗ и, не обращая внимания на пронизывающий ветер и подмерзающее левое ухо, стал вглядываться в дорогу. Подъехала Волга, вышел майор. Жевакин, как положено, доложил, всё – таки проверяющий. Тот, в свою очередь, пожал руку и пригласил в машину погреться, чего раньше никогда не было. Жевакин отказываться не стал, тут уж делай как говорят, начальство…

Залез Жевакин в машину, а майор вместо служебных вопросов, стал его о детях, о жене спрашивать, а голос такой у него грустный и чувствуется по интонации, что не просто так спрашивает. «Любопытничает, – подумал Жевакин, – издалека удочки забрасывает, разговорить хочет. Мы тоже не лыком шиты, не купишь. Тут главное лишнего чего не ляпнуть.

– Родители-то у тебя есть? – спрашивает майор.

– Так точно! – отвечает, – и родители, товарищ майр, есть, и тёща, и тёщина мать ещё жива!

– Богат же ты, братец, – майор задумчиво улыбнулся. – Не надо, Жевакин, кричать, я и так тебя хорошо слышу.

– Так точно, богат! – выпалил опять Жевакин. И вдруг понял, что говорить по-иному он с проверяющим не может, клинит у него что-то в горле. Хотел сержант сказать по-простому, душевно, а получилось, как получилось.

– Может быть, ты увлекаешься чем? – спросил майор, – хобби у тебя какое есть?