Бескрылая птица (СИ)

— Племянница. Мисс Коуэлл, — ответила ему та.

Вивиан присела в элегантном книксене, а знакомый ее тетушки поклонился ей и, широко улыбнувшись, сказал:

— Рад знакомству, мисс Коуэлл. Думаю, не ошибусь, если предположу, что вы дочь миссис Кэтрин — когда-то самой красивой девушки Англии? Те же глаза, та же линия бровей… — Но вдруг он взглянул на кулон, украшающий белую шею девушки и мягко улыбнулся. — Какой прекрасный кулон, мисс Коуэлл. Но даже не знаю, кто кого украшает: он вас или вы его.

При этих словах леди Крэнфорд вновь зарделась, но в этот раз это не был легкий румянец — кровь прилила к ее щекам и сделала их красными как маков цвет.

— Благодарю вас, эта птичка досталась мне от моей дорогой матушки, — просияв, сказала на это Вивиан.

— От вашей матушки… — тихо повторил мистер Сэлтон и бросил на леди Крэнфорд насмешливый взгляд.

И, к великому изумлению Вивиан, наблюдающей за ней, лицо хозяйки Гринхолла графини леди Крэнфорд вдруг из пунцового сделалось белым как мел, как будто слова мистера Сэлтона причинили ей невыносимую душевную боль.

«И нужно было Вивиан надеть эту птицу именно сегодня?» — с отчаянием подумала леди Крэнфорд.

— Вы в Лондоне проездом? — все же сумела выдавить она, не отрывая взгляда от лица своего знакомого.

— Нет, тоска по городу, в котором прошла моя юность, заставила меня вернуться, — прохладным тоном ответил ей мистер Сэлтон.

Между этими двумя персонами чувствовалась такая недоговоренность, такая напряженность, что Вивиан было ясно как день: между ним что-то было или что-то есть. Но кто этот мужчина? Отчего он приводит ее тетушку в почти обморочное состояние?

Пока мистер Сэлтон беседовал с Крэнфордами, Вивиан внимательно, но незаметно осмотрела незнакомца с головы до ног и, по его элегантной, прекрасно сшитой одежде, отметила про себя, что он был очень богат. Мистер Сэлтон представлял собой красивого пожилого мужчину, которому должно быть, было уже за пятьдесят лет. Он был высок, строен, с красиво уложенными волнистыми темными волосами, тронутыми на висках сединой, и карими глазами. Лицо его было чисто выбрито, жесты изящны, одежда сидела как следует, и все это придавало мистеру Сэлтону вид настоящего аристократа. «Очень богатого аристократа» — хихикнула про себя Вивиан, забавляясь видом и поведением тетушки.

Но Энтони не нашел в поведении матери ничего особенного: как и большинство мужчин, он не различал смену оттенков на лице женщины. Однако он, как и Вивиан, с легкостью увидел в мистере Сэлтоне владельца большого состояния.