Продана другу своего отца

Белые, ослепительные огоньки, висящие в гирляндах, высоко в кронах деревьев. Прекрасный сад раскинулся перед нами с замысловатыми дорожками.

– Здесь красиво, – сказала я, когда он опустил свою руку.

– Ты спрашивала, что мне нравится делать, ну, вот это.

– Вы садовник? – мои глаза расширились, а он рассмеялся рядом со мной.

– Нет, определенно не садовник. Но, мне нравится проводить здесь время.

– Занимаясь чем?

Мы шли бок–о–бок вглубь сада по дорожке, остановившись у небольшого столика с коваными стульями.

– Присядь, – велел он, выдвигая для меня стул.

– Так чем вы тут занимаетесь? – спросила я, после того как он сел напротив меня. Он вытянул свои длинные ноги и скрестил их в лодыжках.

– В основном, бизнесом. В вечерние часы здесь очень красиво.

Он уставился на кусты, утяжеленные цветами, и казался более расслабленным, поэтому я снова попыталась добиться информации.

– А чем вы занимаетесь? – я все еще не знала, чем он или мой отец занимались, но понимала, что это не включало в себя цветы.

– Немного тут, немного там, – он перевел взгляд на меня. – А теперь, что насчет тебя? Чем еще тебе нравится заниматься, кроме чтения?

Да, точно. Можно подумать, я позволю ему получить какую–то личную информацию. Даже не смотря на то, что он чертовски сексуален, он все равно удерживал меня здесь против воли. Друзьями мы уж точно не станем.

– Ох, знаете, немного того, немного этого, – ответила я.

Его бровь выгнулась, и ухмылка осветила его греховно–сексуальное лицо.

Он изучал меня, пока я не отвела глаза, чтобы рассмотреть все это разнообразие цветных розовых кустов. Когда он улыбался, было легко забыть, что я здесь делала.

– Закрой глаза.

Я сделала, как он просил, и услышала, как он встал со своего места. Его шаги стихли в ночи, а потом снова стали громче, когда он приблизился.

Он встал позади меня, его дыхание тяжелое в спокойном ночном воздухе.

– Самое лучшее в розах – их мягкие лепестки.

Я чувствовала бархатистое прикосновение розы, ласкающее мое плечо. Его рука коснулась моих длинных волос, смахивая их с моей кожи. Он продолжил вести розой по моей шее, и его голос стал ниже. – Женщина может почувствовать себя сексуальней, когда лепестки касаются ее повсюду.

Мурашки побежали вверх по моей руке к задней части моей шеи, пока он продолжал вести дорожку розой. Он опустил голову, его рот оказался в нескольких сантиметрах от моего уха.

– Ты чувствуешь себя сексуальнее, Ангел?

Я кивнула, зачарованная его словами. Лепестки розы чувственно касались моей кожи, и я не хотела, чтобы он останавливался.

– Но они так же могут и уколоть, – он кольнул мою кожу шипом из стебля, и мое тело отреагировало, подпрыгнув. Мои глаза распахнулись, пока его ладонь растирала резкую боль.

– Ау, – сказала я.

Он продолжил вести дорожку лепестками по моей коже, разглаживая место, куда уколол меня.

– Ох, но небольшая боль делает розу намного приятнее. Разве ты не согласна?

И опять же, я была зачарована и не могла ответить. Я кивнула, а он глубоко вдохнул.