Юбилейное Вече

У консервативных во вражде к России, но в основном успешных для своей страны английских профессионалов, наследников творцов на планете парламентской демократии и рыночного либерализма, иной взгляд на масштабные реформы. Им ближе не потерявшая актуальности и сегодня точка зрения политического деятеля далёкого восемнадцатого века Эдмунда Берка, любимца Уинстона Черчилля: «Плохие законы – худший вид тирании». Англичане и поныне отвергают реформаторов, образу мыслей которых Берк с сарказмом противопоставил своё убеждение: «Если я не могу провести реформ без справедливости, то не надо мне реформ». А Уинстон Черчилль во время визита Никиты Сергеевича в Англию рекомендовал: «Господин Хрущёв, вы затеваете большие реформы. И это хорошо. Хотел бы только посоветовать вам не слишком торопиться. Нелегко преодолеть пропасть в два прыжка. Можно упасть в неё».

«Два прыжка» Черчилля, при всей его двуличности, – реалистичней и красноречивей «двух шагов» Сакса. Это очевидно. И вообще, через пропасти не шагают, а либо прыгают, умело разогнавшись, либо их преодолевают, разумно подготовившись, построив надёжные мосты. Да и метафора Черчилля о проблемах движения через пропасти родилась раньше, чем Сакс научился по ровной дороге ходить. А самое главное для российских реформ в том, что весомость советов известного в уж очень узких и весьма определённых кругах человека несовместима с весомостью мнения многогранного и многолетнего руководителя народа во времена преодоления величайших пропастей двадцатого века.

Многие политики и экономисты мира считают, что «чикагские мальчики» и им подобные – это лишь подсобные рабочие властвующих элит известных западных стран, своеобразные «шестёрки» у похотливых магнатов мирового бизнеса и по их поручению явились властителями дум своих российских «коллег», таких же «мальчиков». Результат «деятельности» всей этой толпы политтехнологов и «политэкономов» маргинального неолиберализма на ниве «советов» и «практики» в России, как говорится, уже налицо, точнее – в пустых карманах российского народа и в дырявом бюджете его страны. Иные результаты потрагичней приведённых. Они ещё не все и не во всём проявились. На это годы, десятилетия уйдут. Возможно, века.