Ужасы и кошмары [сборник; litres, авторский текст]

Тоска была жалящей, мучительной, это было все равно что долго не иметь возможности увидеть, обнять своего ребенка, мать, отца или любимого человека – того, дороже которого для тебя и на свете нет.

Тине не хватало воздуха и света, который лился с полотна неизвестного художника, не хватало ощущения полета и сбывшейся мечты, мир сделался серым и враждебным.

– Какого черта! – воскликнула Тина.

Картина не пугала, не причиняла боли, она лишь дарила радость. Зачем отказываться от того, что делает тебя счастливее?

Не рассуждая, не задумываясь больше, она подошла к шкафу, распахнула створки и вынула холст на свет божий. Водрузив его на место, Тина отступила назад и полюбовалась картиной. В душе немедленно воцарился покой.

– Пока ты тут, все будет хорошо, – прошептала Тина, и ей показалось, что изображенный на картине человек легонько кивнул.

Компьютер заработал спустя пять минут, когда она, словно напитавшись энергией добра, отошла от картины. Через некоторое время пришло письмо от недовольного заказчика, только теперь он был всем доволен, пояснял, что получше изучил детали, и ему очень нравится предложенный Тиной вариант, а вдобавок извинился за то, что сорвался и испортил ей утро.

Следующие недели были на редкость плодотворными: Тина много работала, но все успевала, репутация ее на сайте росла, число довольных клиентов увеличивалось.

В воскресенье неожиданно пришла Лена и предложила помириться.

– Ты здорово выглядишь, – восхитилась подруга. – Появился кто-то?

Тина покачала головой.

– Работаю на себя, сама свое время распределяю. Так здорово, что не надо каждый день в офис ходить и перед всякими идиотами стоять навытяжку.

– Кстати, – осторожно сказала Лена, – об идиотах. Видела твоего бывшего. О тебе спрашивал.

Тина равнодушно пожала плечами и прислушалась к себе. Ничто не отозвалось в душе, ничто не дрогнуло.

– Бог с ним. Пройденный этап.

Они долго разговаривали, и в какой-то миг Тина поймала себя на мысли, что ей хочется, чтобы Лена ушла. То ли привыкла к своему одиночеству, то ли сердилась: Лена отвернулась от нее, когда она была на грани отчаяния.

Но потом Тина поняла: ей попросту скучно, общество подруги тяготило, ее присутствие мешало. К счастью, та засобиралась домой, довольная, что дружба возобновилась. Тина же, обещая звонить и забегать, чувствовала, что кривит душой. Не хочет она этого, не станет первой напоминать о себе.

– Зачем тебе это страшилище? – внезапно спросила Лена.

Тина проследила за ее взглядом и с удивлением обнаружила: та смотрит на прекрасную картину.

– Страшилище? Что ты имеешь в виду?

– Мазня какая-то. Не рассмотреть ничего, сплошное темное пятно. Домишки кособокие, мостик… Человек в черном балахоне стоит спиной – кто так рисует? Ты же сама художник, как это может тебе нравиться?

Выпроводив Лену, Тина подошла к картине и взглянула на нее с новым интересом. Сказанное подругой ничуть ее не испугало: она уже успела понять, что перед ней крайне необычное полотно.