Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом
- Автор: Фишман Михаил Владимирович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Издательство АСТ : CORPUS
- ISBN: 978-5-17-133048-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом». Краткое содержание книги:
После оглашения указа в Кремле выдохнули с облегчением: там всерьез опасались бунтов на местах, а страна в целом без эмоций приняла новости о расформировании Верховного совета. Некоторые областные советы признали указ Ельцина незаконным (в том числе в Нижнем Новгороде), а в Новосибирске тамошний губернатор – давний враг Ельцина – даже заявил, что на его территории за выполнение указов Ельцина и неподчинение провозглашенному президенту Руцкому будут преследовать в уголовном порядке, но это был единственный случай на всю страну. Вступаться за этот Верховный совет никому особо не хотелось. Запад тоже поддержал Ельцина. Чтобы еще раз показать мирный характер своих намерений, через день после указа Ельцин назначил выборы президента на июнь следующего года.
“С самого начала силовой путь был исключен как неприемлемый, – рассказывает глава президентской администрации Сергей Филатов. – Никакие вооруженные силы специально под указ в Москву не стягивались” 33. План в Кремле был простой: изолировать Верховный совет и ждать, пока депутаты постепенно выйдут из здания, а тем временем готовиться к выборам в декабре. Через день после указа в Белом доме отключили телефонную связь и электричество. Потом отключили воду и канализацию – по мысли штаба, исходящее из сортиров зловоние должно было побудить людей скорее покинуть здание. Мысль была в целом верная. “Когда отключили воду и канализацию, стало действительно невыносимо”, – вспоминал потом один из депутатов 34. Но воду и канализацию пришлось довольно быстро включить, поскольку экскременты полились в Москву-реку.
Немцов появлялся в кремлевском штабе. “Он стоял на позиции здравого смысла”, – вспоминает Сергей Филатов 35. Немцов предлагал не выдавливать депутатов из здания, а расколоть депутатский корпус, перетянув людей на свою сторону привилегиями, льготами и материальными благами. Филатов его поддерживал. 23 сентября Ельцин издал указ, обещавший депутатам неприкосновенность, годовое содержание, пенсии, даже квартиры. А накануне, 22 сентября, президент позвонил Немцову и потребовал, чтобы он у себя в Нижнем Новгороде разогнал областной Совет, признавший действия Ельцина незаконными. Немцов отказался: “Я ему говорю: я его не просто не разогнал – я считаю, что это абсолютно неправильно, у нас очень конструктивная работа с депутатами, у нас депутаты разных красок, тем не менее конфликты мы решаем за столом переговоров, и в этом сила и эффективность нижегородской власти. Я считал это принципиальным” 36.
Как вспоминал потом Немцов, это был тяжелый разговор: Ельцин требовал безоговорочной поддержки – и не дождался ее 37. Отношения между ними испортились надолго.
Указ о гарантиях депутатам помог несильно: число отступников оказалось невелико, и их уход никак не повлиял на ситуацию – требуемого законом кворума у депутатов и без того не было. “Даже с позиций действовавшего закона, – писал Виктор Шейнис, – решения таявшего на глазах парламентского большинства были ничуть не более правомерны, чем Указ № 1400” 38. Но это уже никого не интересовало. Депутаты быстро приняли закон о наказании за попытку государственного переворота – вплоть до смертной казни.
На помощь оставшимся в здании непримиримым депутатам устремились ультралевые и ультраправые экстремисты и просто авантюристы – все те, кто искал возможность повоевать. Во дворе здания формировали боевые отряды ультраправые группировки – “Русское национальное единство” Александра Баркашова и “Союз офицеров” Станислава Терехова. Они же охраняли Хасбулатова. “Уже тогда я считал это огромной идеологической ошибкой, – вспоминал потом соратник Хасбулатова и его первый заместитель на посту спикера Юрий Воронин. – Ведь баркашовцы из РНЕ были известны как ярые антисемиты. Они носили фашистскую форму со знаками, очень напоминающими свастику, регулярно маршировали около Белого дома и периодически вскидывали руки в фашистском приветствии” 39. На площади перед Белым домом всегда находилось несколько сотен вооруженных людей. Газеты писали и о “резервистах”, готовых встать под ружье по звонку из Белого дома. Оцепленный двумя-тремя рядами безоружных милиционеров, в течение полутора дней Белый дом превратился в военизированное убежище с собственным ополчением. “Надежда на то, что ситуация станет рассасываться сама собой, слабела с каждым днем, – писал Шейнис, – и в Кремле решительно не знали, что делать дальше” 40.