Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом
- Автор: Фишман Михаил Владимирович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Издательство АСТ : CORPUS
- ISBN: 978-5-17-133048-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом». Краткое содержание книги:
У Немцова с Руцким еще со времен первого съезда в 1990 году сложились хорошие отношения, и Немцова не смущало, что Руцкой чем дальше, тем активнее нападал на правительство и реформы, а постепенно и вовсе встал на антиельцинскую позицию. Да, они принадлежали к разным политическим лагерям, но для общения и взаимной симпатии это была не помеха. Руцкой не был интриганом, как Хасбулатов, наоборот, он был политиком весьма простодушным. Оттого и оказался в руках оппозиции послушным орудием – и очень нужным: законный президент после импичмента. Но при этом Руцкой был человек отзывчивый, доброжелательный и не чуждый представлений о чести, что не могло не вызывать уважения у Немцова.
Их приятельские отношения иллюстрирует такой эпизод. В последний раз Руцкой приезжал в Нижний Новгород весной 1993 года. “Что ж ты такой оборванец, ты же губернатор!” – воскликнул Руцкой, когда Немцов встретил его в потрепанной кожаной куртке, и тут же позвонил своей жене Людмиле, которая работала с Валентином Юдашкиным, ведущим модельером того времени, и попросил, чтобы тот сшил “этому кудрявому” приличное пальто. (Насчет денег, уверял Руцкой, можно не переживать, цена символическая, но когда Немцов приехал забирать пальто, выяснилось, что оно стоит 200 долларов: “У меня зарплата была тогда, может быть, долларов сто”. Пришлось одалживать у Явлинского 26.) И вот теперь, полгода спустя, Немцов снова искал Руцкого. К вечеру он ему дозвонился. “Саша, я тебя очень прошу, вы должны мудрыми быть людьми, – говорил Немцов, – если ты начнешь сейчас назначать министров, они будут снимать и назначать в регионах, это же будет двоевластие, личный состав расколется и в армии, и везде, неужели вы этого не понимаете?..”
Разговор с волнением слушали его соратники. Все ждали, чем он закончится. “Нет, – сказал Немцов, положив трубку, – это бесполезно. Он мне сказал: у меня родина одна, я буду биться до конца” 27.
Поздним вечером 21 сентября Верховный совет отстранил Ельцина от власти, провозгласил Руцкого президентом, и тот назначил своих министров-силовиков. Мосты были сожжены.
Октябрь 1993-го отображает события августа 1991-го как в вогнутом зеркале: оригинал оказался перевернут вверх тормашками. Знаменитый Белый дом на Краснопресненской набережной снова становится очагом сопротивления. Снова к зданию тянутся люди, чтобы взять его под свою защиту (правда, в меньшем количестве). Опять растут баррикады. Но если два года назад это было восстание против КПСС и советской власти, то теперь демонстранты перед Белым домом стоят под красными знаменами и лозунгами “Да здравствует КПСС!”. Два года назад член ГКЧП генерал Владислав Ачалов ждал приказа министра обороны, чтобы взять Белый дом штурмом. Теперь он сидит внутри и отвечает за оборону здания. Он и Ельцин, как и прежде, по разные стороны баррикад, только поменялись местами.
Путь в тупик сложился из множества неотменяемых, неизбежных факторов: охватившей Россию бедности и амбиций Хасбулатова, несбывшихся надежд общества и свойственной Ельцину импульсивности, его просчетов и кадровых ошибок и, самое главное, глубокой уверенности депутатов в том, что шаг навстречу – это всегда проявление слабости, а любой компромисс – это поражение. Теперь Ельцин прорубал выход из этого тупика Указом 1400.
“Один прогноз все же можно сделать, – говорил в те дни помощник президента по правовым вопросам Юрий Батурин. – Несмотря на то что решение президента справедливо в высшем правовом смысле этого слова, оно все же основывается на том, что через закон переступить можно. Это неизбежная и очень большая плата за то положительное, что мы приобретаем в результате такого решения, но платить будем, скорее всего, не мы, а платить будут дети, внуки, я не знаю через сколько лет” 28.
Что события принимают непредсказуемый оборот, стало понятно сразу. Указ № 1400 грянул как гром среди ясного неба, но депутаты были к нему готовы. Они оставались на своем месте, в Белом доме, где были заготовлены запасы еды и обширный оружейный арсенал. По свидетельству тогдашнего главы внутренних войск Анатолия Куликова, “речь шла о почти 2000 автоматов Калашникова, 4000 пистолетов Макарова, 30 пулеметах и 12 снайперских винтовках” 29. Газета “Коммерсантъ” отмечала в те дни, что еще в ночь на 22 сентября в Белый дом “было пронесено большое количество стрелкового оружия и боеприпасов, в том числе гранатометы и пулеметы” 30. Шахрай называл более скромную цифру: 100 автоматов 31. В любом случае, как отмечал историк Олег Мороз, “с самого начала все пошло по наихудшему сценарию” 32.