Любовь без розовых соплей
- Автор: Нефедова Алена Валентиновна
- Серия: Непридуманные истории #1
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Любовь без розовых соплей». Краткое содержание книги:
— Я. Тебя. Разлюбил, — он отводит глаза, но, качнув головой, снова поднимает на меня взгляд.
— Ты была права. Нет любви. Есть только химия. Гормоны. Инстинкт размножения. Похоть, в конце концов. А любви нет.
Мне так больно это слышать, что я даже плакать не могу. Или не хочу? Вот и глаза сухие, и губы не дрожат. Только в горле какой-то комок колючий, будто морского ежа проглотила. Я обхватываю руками живот и прислушиваюсь к толчкам. Три в левую руку, один в правую. Ты же все слышишь, малыш, да? Хорошо, что я так и не призналась твоему отцу в том, что ты уже есть.
— На все да.
Женщина тяжело вздыхает и качает головой.
— Это так не работает. Я должна услышать просьбу.
Хочется хлопнуть ладонью по столу и выскочить. Но я сцепляю зубы.
— Я прошу вас, Татьяна, максимально понятно объяснить мне, что и как вы увидели и что именно после этого сделали. — Я с недоумением прикладываю к щекам собственные ладони. Они теплые. Давно уже такими не были. Только во время секса и согреваются. Как и ноги.
— Этот твой хрен неумный, ну, тот, с которым ты экспериментировала, типа гуру, давно это было? Объяснял он тебе что-то про энергию, про чакры, меридианы, тонкие тела?
Володя? Володя любил цитировать Гребенщикова «Духовные люди — особые люди, их не готовят в обычной посуде» и частенько прохаживался по всем модным направлениям нетрадиционной медицины и эзотерическим учениям любого толка. А если ссылался изредка на практики Хатха-Йоги, то каждый раз детально объяснял физиологическую составляющую каждой позы и каждого комплекса упражнений.
Татьяна снова качает головой. Явно осуждающе. Но в большей степени горестно.
— Тогда постараюсь максимально просто. Запрограммировали тебя, рыбонька. Крепко запрограммировали. Как биоробота, которым ты, по сути, была после его экспериментов. С заложенной внутри тебя миной замедленного действия. Вот что я увидела. И мина тикала, отсчитывая последние дни или даже часы. А, взорвавшись, уничтожила бы твою личность, выжгла бы душу на радость манипулятора. И завел он эту мину вот здесь, — она прикладывает свою горячую, словно кирпич из горящей печки, ладонь на мой низ живота — чуть выше лобка и ниже пупка. И будто в подтверждение ее слов под ладонью что-то ритмично и отчетливо пульсирует, как артерия на шее после длительной интенсивной пробежки.
— Человеческое тело — это не только кости, сухожилия, мышцы, нервы, не только материальное нечто, поддающееся измерению приборами и раскладывающееся на химические элементы при лабораторных анализах. А человеческая психика это не всего лишь излюбленные психиатрами фобии, филии, гештальты, паттерны и психосоматика. В первую очередь наше тело — энергопотоки, которые в идеальном случае должны находиться в резонансе со Вселенной. Ты наверняка слышала про чакры — основные энергетические центры. И энергия должна циркулировать в них без перебоев. А у тебя шесть из семи были запечатаны почти наглухо. И только вторая снизу, та, что отвечает за секс и еду ради удовольствия, была раскачана до состояния гудящего от высокого напряжения электрического оголенного провода. И все окружающие люди, соприкоснувшиеся с тобой, получали нехилые такие разряды, вызывавшие ответную реакцию в их собственных сексуальных чакрах. В женщинах эта реакция была, скорее всего, отторжением, агрессией. А в мужчинах наоборот — неконтролируемым притяжением, ну и, в случае твоего отказа делиться этим током еще и еще, возможно, тоже агрессией.
Я прикрываю глаза, чтобы скрыть свое недоверие и легкий сарказм.
— Да не прячь ты глаза, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Но тебя приучили воспринимать окружающий мир в первую очередь как материальный. А это не совсем так. Так что, девонька, мне даже удивительно, что ты продержалась так долго и каким-то чудом избежала группового изнасилования, или серьезной болячки, связанной с детородными органами, или вообще маньяка озабоченного на всю голову не подцепила. Уж больно запущенный случай. Хотя вот еще одна у тебя пусть слабо и тускло, но светится. Та, что за творчество отвечает. Только туда немного и просачивалось. Ты, может, стихи пишешь? Или картины?
— Я пою. Иногда. Очень редко.
— А надо часто. Как можно чаще. Не научил тебя никто трансформировать твою энергию. А без такой трансформации тебе только секс и остается. Животный, примитивный, чисто физиологический, в больших количествах. Тебе точно такое надо? Так сильно любишь трахаться? Именно трахаться, совокупляться, а не заниматься любовью с возлюбленным?
Я стискиваю зубы, до хруста.
— Как там принято говорить? Отрицание, гнев, торг, принятие и смирение — да? Ты еще пройдешь все эти стадии. Но ты бы не отрицала и не гневалась столь яростно, если бы я не попала в самую больную твою точку. Прости за эту боль, девонька. Целебная она. Значит, ты еще живая. Значит, не все еще атрофировалось. Значит, выкарабкаешься, вопреки прогнозам и чаяниям того, кто искорежил твою жизнь и чуть не сломал личность.
Она еще раз кладет свою горяченную руку на мой живот и задумчиво жует губами.
— А он у тебя, случаем, не первым был? Это он взял твою невинность?
Я механически киваю, а Татьяна лишь вздыхает.