Наполеон

Понимая, что «победители должны быть терпимыми и вставать на защиту всех религий», Наполеон впервые признал право евреев открыто исповедовать свою веру. В 1806 году, за несколько дней до открытия еврейской Ассамблеи, он обратился к комиссарам правительства с такими советами: «Не выставляйте меня этаким королем-простофилей; пусть я буду жестким, даже страшным, так они быстрее подчинятся мне. Я сумею быстро изменить их мнение о себе — пусть думают обо мне как о Юпитере-громовержце. Что касается ответов на вопросы, которые будут заданы евреям на этой Ассамблее, не огорчайтесь, если они окажутся двусмысленными, просто скажите, что я всегда и от всех требую точности и что я найду способ сделать соответствующие выводы из их слов. Не думайте, что существуют правила настолько прочные, что их нельзя было бы изменить. Я уже издал конкордат; создам еще один; с Небесами повсюду можно найти компромисс, и я находил его в самых трудных случаях». Двумя годами позднее Наполеон учредил консисторию, в чью обязанность вменялось управление еврейскими религиозными обрядами. Во главе этого административного органа стояли светский президент и верховный раввин. Благодаря этим решительным мерам, еврейское население Франции, получив юридическую дееспособность, гораздо раньше оказалось вовлеченным во внутреннюю жизнь страны, нежели евреи Англии (1866 год) или России (1917 год). Когда в 1806 году французская армия вошла в Берлин, Наполеон даже поинтересовался, где находится еврейское гетто, чтобы вывести оттуда евреев.