Наследники Белого слона

Сёстры снова переглянулись, и одна из них достала из ящика целую газету, примерно четырехдневной давности. На развороте была большая статья, посвященная дерзкому ограблению.

Пятеро рецидивистов совершили его средь бела дня, перебив кучу людей, захватили заложников, и потребовали самолёт. Их просьбу удовлетворили и позволили им подняться в воздух, но когда собирались посадить их на военный аэродром, пилот неожиданно сообщил, что бандиты выпрыгнули. При этом он заявил, что они выбросились из самолета без парашютов. Ему не поверили и налётчиков долго искали в предполагаемом районе приземления, но ничего не нашли. Тут же были помещены и фотографии троих головорезов – Джему они показались знакомыми, и вдруг его словно током ударило: он же только что видел их на экране!

– Не знаю, что и сказать… – растерянно произнес он. – Но даже если это подлинные съемки… Как эти записи могли попасть к вашему отцу? Чем он занимался?

– Недвижимостью.

– А он любил летать?

– Он никогда в жизни этого не делал – он боялся, – презрительно ответила Кати.

– И еще он мечтал ограбить банк… – невпопад заметила её сестра.

– Он умер в тот же день, когда было совершено это преступление, – продолжала Кати.

– Хотите сказать, ваш папочка всё это подглядел? – усмехнулся он, желая разрядить слишком уж напряженную обстановку.

– Вот это мы и собираемся выяснить! – сказала Кати, и в её руке появился пистолет.

– Вы хотите сдать меня в полицию?

– Нет, – кровожадно ответила Кати. – Мы только хотим узнать, где нам искать свои деньги. Вам придётся немного задержаться у нас в гостях. Не двигайтесь!.. – прикрикнула она, заметив его попытку встать. – Мы отнюдь не собираемся шутить…

Незадачливые наследницы продержали его в подвале два дня, пока к ним не нагрянула с обыском полиция: Очкарик заявил о его исчезновении. За эти дни девицы поработали над ним на славу: почище, чем Головастик со своими дружками.

– Знаешь, – сказал Джем, провожая взглядом полицейскую машину, увозившую "гостеприимных" хозяюшек, – сдается мне, что и брата своего они же укокошили: так у них профессионально всё получалось.

– Им надо было подойти к тебе с другой стороны, – хихикнул Очкарик, – и держу пари – ты бы не устоял!

* * *

– Больше я никуда не отпущу тебя одного, – заявил Четыре Глаза, когда они вернулись к нему домой. – От тебя и так немного осталось.

За окнами лил дождь. Где-то вдали погромыхивало, и было непонятно – то ли это гром, то ли разрывы снарядов.

– Боевики напали вчера на артиллерийские склады на окраине, – сказал Очкарик, заметив, что Джем прислушивается к звукам, доносящимся с улицы.

– Господи, какая тоска! – Джем бросился на диван. – Ну, почему у нас вечно что-нибудь не так? Знаешь, в детстве я мечтал об Острове…

– О чём, о чём?

– Об острове. Таком, где не было бы никого, кроме дорогих мне людей: сначала это были мама, отец и сестрёнка, потом – девочка, в которую я был влюблён… И чтобы время не имело там своей силы: мама бы вечно оставалась молодой и красивой, сестра – маленькой и забавной… Мы бы жили среди густой зелени под пальмами в большом прохладном доме на берегу моря, там, где шорох прибоя… А весь остальной мир – он просто бы не существовал…