Наследники Белого слона

Жаль только, что я больше никогда их не увижу.

В конце улицы показалась Карета. Она медленно приблизилась к нам. Вишнёвый Лакей вопросительно посмотрел на меня, но я покачала головой – ведь я обещала, что никуда больше не сбегу.

Карета остановилась прямо позади Ведьмы, и Кони призывно заржали. Она ничего не услышала, но увидела отражение в моих глазах и торопливо обернулась – перед ней была лишь пустая улица!.. Она снова заглянула в мои глаза и снова быстро повернулась назад, но улица для неё по-прежнему была пуста.

– Вот видишь, – сказала я, – у тебя ничего не выйдет… – и захлопнула дверь.

Вишнёвый Лакей поднял хлыст и с силой опустил его на ведьмину спину, и ещё раз и ещё… Она взвыла и завертелась волчком, не понимая, откуда сыпятся удары.

С каждым щелчком бича Ведьма теряла украденную у других молодость и силу, пока не рассыпалась в прах, и налетевший ветер развеял его без следа. Возница в последний раз взмахнул кнутом – и Карета, запряжённая шестёркой, взмыла ввысь и растаяла вдали…

***

Эпилог:

Она так и не прочла дневников своего настоящего отца – все его записи сгорели в машине вместе с теми, кто хотел её убить, а доктор Якоб Чедвик умер в тюрьме от туберкулеза, и потому она до конца жизни считала себя виновной в гибели подруги. Это было единственное, в чем она раскаивалась.

Вместе с мужем и приёмным сыном она прожила около восемнадцати лет – миллионы отца так и не нашли её, – но в любви и согласии. И потому была счастлива. По прошествии этого времени, самолет, на котором её муж спешил к больному, пропал в горах. Его тело не было найдено. Она постриглась в монахини, приняв монашеское имя Елена – в память о той, в чьей смерти напрасно себя винила.