Глаза ведьмы [СИ]

— Подойди, — не дождавшись ответа, повторил Яровой.

Дашка почувствовала, как её в спину подтолкнули, и она почти пролетела до стола, остановилась, только оперявшись руками на столешницу. Перед папаней лежали бумаги, на мониторе застыло фото какого-то курорта с огромным бассейном и шезлонгами, на углу стола стояли фотографии в серебряных рамках, золотой с мрамором канцелярский набор — ну просто все фишки крутого бизнесмена.

— Как зовут твою мать?

Новый вопрос. И опять без ответа. Цвет лица папани стал ещё более тёмным. Он вскочил, но тут же согнулся под собственным весом.

— Это что ты мне тут устраиваешь, коза малолетняя?! Отвечай, пока по-хорошему спрашиваю! Как зовут твою мать, дрянь?

Да, мама, не ахти ты мне родителя выбрала. Дашка ухмыльнулась.

Тут Яровой вдруг взвился, наклонился вперёд и размахнувшись, ударил Дашку по щеке. От неожиданности она ахнула, склонилась к столу, и, пытаясь удержаться на ногах, взмахнула рукой и сдвинула фотографии в рамочках.

Половина упала, вторая развернулась. Дашка прижала руку к губам.

Одна из фоток оказалась так близко… То ли инстинкт, то ли интуиция, Дашка не знала, что именно заставило её пристально уставиться на изображение. Но хорошо бы никто не заметил, как от увиденного краска хлынула к её щекам. Дашка опустила глаза, надеясь, что губы не дрожат.

Эта девчонка с фото, которое любовно стояло на столе у Служителя, была на неё похожа. Так, словно они сёстры. Правда, Дашка русая да светлоглазая, а эта, вторая, темноглазая брюнетка, однако в остальном копии.

— Перечить мне вздумала?

Яровой затрясся от ярости, схватил Дашку за волосы и стукнул головой о стол. Боль была такая, словно череп раскололся.

Она всё-таки не удержалась и упала на ковёр.

— Учитель!

Майский стоял как ни в чём ни бывало, скучающе смотрел вперёд, Сашка тоже стоял, но далеко не такой спокойный.

— Ты что, ведьму эту жалеешь? — Почти зарычал на него Яровой, весь трясясь от ярости.

Сашка спокойно выдержал его взгляд и покачал головой.

— Я не понимаю.

Дашка обхватила пальцами виски, пытаясь унять боль. Повезло, что удар по столу пришёлся на лоб, если бы носом ударил, сломал, а так только ссадина.

— Для ведьм в наших сердцах нет жалости! — с пафосом воскликнул Яровой.

— Есть процедура. — Возразил Сашка. Он будто что-то решил и теперь стоял на своём. — Инструкция, которой мы все обязаны следовать. Вы сами неоднократно указывали мне на необходимость строго придерживаться закона.

— Саша, выйди, если нервишки шалят, — влез Майский.

Сашка и глазом не моргнул, просто стоял, смотрел в упор на Ярового и ждал.

Яровой вместо ответа повернулся к Майскому:

— Она что-нибудь о себе рассказала?

— Ни слова.

— Вы её допрашивали?

— Строго в соответствии с регламентом. Просто зафиксировали отказ сотрудничать.