Электронная книга - «Вечные Скитания Лисы: Начало (СИ)». Краткое содержание книги:
Неохотно начинаешь верить в постапокалипсис…
В общем, решив спустить всё на тормозах и попробовать приобщиться к «японской» культуре — коль уж хвост с ушами у меня тоже оттуда — я приобрёл себе парочку сюрикенов и метательных игл. Может, чего из этой идеи действительно выйдет, а нет — и выкинуть не жалко. Благо продавались они по цене металлолома…
Так что следующим пунктом в моём списке дел значился поиск жилья и места, где набить пустой животик снедью: запасы подходили к концу, а кормили в караване ещё вчера…
Вот только поиски осложнились внезапно обострившимся топографическим кретинизмом, ибо иначе объяснить своё триумфальное возвращение к оружейной лавке я объяснить не мог! И это в третий, сука, раз! Несмотря на то, что пути друг от друга точно отличались! Уж это я мог сказать наверняка!
Ярость, прямо говоря, после подобных «путешествий» била из меня ключом, и сдерживать желание открутить кому-нибудь голову было сложно. Особенно сложно, когда силы на это имеются, а до ушей из ближайшего тёмного переулка доносится характерный звук секса и женские стоны… Прямо на улице! По среди бела дня! Под сальные шуточки «пойти, посмотреть и, быть может, присоединиться» от Мор!
Правда, когда глаза начали застилаться дымкой от бурлящего то ли бешенства, то ли желания-таки пойти и посмотреть, лиса недоумённо воскликнула:
— Подожди… у тебя что, течка?!
— Да и иди ты знаешь ку… — бездумно и не менее яро огрызнулся я, чтобы мгновением позже остановиться в ступоре. — Что, прости?..
От осознания у меня сперва задёргался глаз. Затем захотелось посильнее ударить себя по лицу, чтобы после этого схватиться за волосы!
А ведь это действительно может быть причиной моей повышенной раздражительности! Мне и в голову не могло прийти, что перепады настроения и странная агрессивность связаны с «женскими днями»! Об этой реалии женского существования я вообще забыл! Но тело-то женское, оно-то, ети его мать, не забыло!
Впрочем, если сравнивать с ощущениями одним-двумя днями ранее, то сейчас я чувствую себя более адекватно… Хотя это не меняет того факта, что организм напомнил мне, в каком теле я нахожусь, и его «прямые обязанности»! Прямо лопатой по хребтине и больной мозоли по совместительству…
— Хм-м… — тем временем задумчиво тянула Моририн. — Первая течка не может проходить столь спокойно, тем более столь короткое время, значит…
— То есть это далеко не конец!? — ужаснулся я, успев подумать и обрадоваться, что всё самое весёлое уже пережито.
— А? Да, скорее всего, критические дни ещё не наступили, и тебя ещё день-три будет многое раздражать, а также бесить «просто так», без причины. Впрочем, не бойся, за исключением нескольких процентов, у кицунэ такое встречается поголовно, — всё ещё задумчиво пояснила кицунэ. — Больше скажу, давно уже обнаружена закономерность: чем раздражительнее кицунэ перед течкой, тем сильнее, в последствие, она любит своих лисят! Да и сами лисята рождаются на порядок сильнее! — как-то даже мечтательно протянула лиса и немного погодя добавила. — Тем не менее, после упомянутых дня-трёх начнётся непосредственно течка и продлится она примерно недельку-другую, а потом ещё парочку дней всё будет приходить в норму. Н-да, кстати, пояснять, что такое «течка», надо? — поинтересовалась Моририн, хлопнув глазками, аки невинная овечка.
— Готовность организма к продолжению рода? — как-то потухши отозвался я.
— В общих чертах, да, — приняла ответ кицунэ. — Надеюсь на твоё благоразумие…
Правда, прозвучало это подобно фразе: «Выбирай с умом». Но, вопреки бурлящему желанию заорать во всю мощь лёгких: «Не в мою смену, чёрт подери!» — я попытался успокоить собственные мысли и задать важные вопросы.
— С какой частотой происходит… вот это всё? — голос всё равно походил на рык.
— Мм-м… по-разному, — пожав плечами, отозвалась лиса. — В среднем, промежуток между двадцатью пятью и тридцатью пятью годами. Первая же течка обычно начинается в ближайшие пять лет после двадцатилетия кицунэ.
— Г-годами?.. — опешил я.
Видно, приняв моё удивление за огорчение, Моририн тихо и как-то даже грустно вздохнула:
— Я ведь говорила, что, несмотря на высокое либидо, мы крайне редко способны понести. Это происходит как раз из-за срока менструального цикла, ведь в подавляющем количестве случаев оплодотворение у кицунэ происходит именно во время течки… и будет счастьем, если оно произойдёт, так сказать, в течении одной течки, и не понадобиться ждать ещё тридцать лет.
Мор замолчала, явно собиралась уплыть в своих мыслях далеко и надолго, но вопросы у меня ещё имелись:
— А если во время течки изменить тело с женского на мужское? Меня же не перекорёжит и не потянет на парней?
— Какие интересные мысли витают у тебя в голове, лисёнок… — усмехнулась Мор, тем не менее, добавив. — Честно говоря, никогда о таком не задумывалась и не слышала, чтобы так поступали… Но, думаю, тебя либо потянет осеменить какую-нибудь девушку, скорее всего, кицунэ, либо цикл замрёт и продолжится только после того, как ты перекинешься обратно.
— Поня-ятно…
Разговор оборвался столь же внезапно, как и начался, но мне хватило и услышанного, чтобы загрузиться и начать строить какие-никакие, но планы. Да, у меня ещё не было пятого хвоста, но он может появится в ближайшее время… Понятно, что загадывать бессмысленно, вот только… чёрт.
Ведь, вполне возможно, в грядущем состоянии сопротивляться и «дёргать вожжи» толком не получится. Природа-с, её со счетов сбрасывать не стоит: я и в обычном состоянии замечал, что тело реагирует на мужчин довольно однозначно, а тут… усиленное влечение к противоположному полу может с непривычки и «пройтись лопатой по мозгам».
— Страшно, чёрт подери… — передёрнул я плечами от пробежавших по хребту мурашек.
*****
Не знаю уж, сколько времени блуждал с мрачными мыслями в голове по не менее мрачному городу, но ближе к вечеру мне довелось наткнуться на трактир, который на фоне окружения сиял своей опрятностью, теплотой и «жизнью».
На несколько мгновений я застыл на месте, со смешанными чувствами рассматривая его, а после всё же решил, что место получше, скорее всего, найти в Циске просто не удастся.
Трёхэтажное темновато-зелёное здание расположилось на неширокой улочке и на значительном удалении от главной дороги, с которой я — не иначе как случайно — свернул; над дверью из-за редких и слабых порывов ветра качалась металлическая вывеска с названием «Одинокий путник»; рядом с ней расположился уже зажжённый фонарь, на который интересным образом забрался вьюн; а через чистые окна можно было разглядеть посетителей, что тихо и мирно сидели за столами и наслаждались пищей.
В этом проулке, кстати, вопреки моим ожиданием, пахло намного лучше, нежели на главных дорогах города и тех переулках, на которые мне доводилось сегодня попадать: на некоторых из них, без преувеличений, от тошнотворного запаха слезились глаза.
Тем не менее, толкнув дверь и попав внутрь, я нос к носу столкнулся с девушкой-официанткой: простенькое платье синего цвета с белыми короткими рукавами и фартуком прилагаются.
Впрочем, впал в ступор я не поэтому — лучезарная улыбка девушки, коей нельзя было дать больше шестнадцати, резко контрастировала с «мертвецами» на улице, а её сплетённые в косу волосы солнечного цвета лишь усиливали эффект ошеломления.
Так что вопрос официантки я услышал не сразу:
— …Вы только поесть или планируете отдохнуть?
— Пожалуй, и то, и другое… — сморгнув удивление, отозвался я.
— Тогда, прошу, выбирайте свободный столик, я сейчас подойду, — улыбнулась девушка и чуть ли не в припрыжку отправилась вглубь трактира.
Правда, к тому моменту, когда я-таки отошёл от происходящего, нашёл подходящих столик и уселся за него, девушка уже успела вернуться, да не одна, а с худощаво-жилистым мужчиной, который, судя по внешнему сходству и «жизнерадостности», приходился ей отцом… а также вызывал во мне какое-то напряжение.