Электронная книга - «Женщины его Превосходительства». Краткое содержание книги:
Я не ханжа. У меня тоже есть инстинкт непричастности. И я предпочитаю не забивать свою голову такими вот вопросами мировоззрения и вселенской несправедливости. Мне бы уйти, но я остаюсь. В тишине темного коридора. Разглядываю рисунки. Точнее всего один рисунок. На расплывчатом фоне расплывчатые фигуры людей. Без лиц. Одни черные силуэты, обведенные голубым. Под их ногами пятна цветов. Над головой мутно-серое небо. Без линии горизонта. Сумасшедшее слово «без». Оно выражает все, что только необходимо выразить. Неважно, что у тебя «без». Важно, что в любом случае тебе чего-то не хватает.
Внизу подпись. «Арина, 7 лет».
Всего каких-то семь лет. Семь дней Рождений. Семь лет и семь зим. Слишком мало для таких вот рисунков.
– У нее лейкемия, – словно из ниоткуда сзади появляется Женя. Вздрагиваю от его слов. От смысла, которые несут его слова. Тяжелого и каменного смысла. – Не так давно ей сделали операцию по пересадке костного мозга, но результатов пока никаких.
– Красивое имя, – замечаю я, не обращая внимания на другие его фразы. Я пропускаю их мимо ушей, не желая воспринимать. – Мою мать звали Рене.
– Редкое, – он слишком близко стоит за моей спиной, так что я чувствую его дыхание, и то, как он слегка пожимает плечами. Отхожу в сторону. Отвожу взгляд. – Она не помнит родителей. Попала сюда еще совсем маленькая. Но говорят, каждую неделю ее навещает старшая сестра.
Я знаю, что на такие вещи надо что-то отвечать. Как-то реагировать. Но на данный момент я могу только делать вид, что ничего не расслышала. То есть, самым наглым образом игнорировать все душещипательные подробности. Прятаться за глухой стеной своего безразличия. Как за надежным прикрытием.
– Зачем ты меня сюда привел? – смотрю ему прямо в глаза, как судья или прокурор, ждущий незамедлительного ответа. Нервно постукиваю носком туфли о пол. Этот звук отсчитывает секунды между моим ожиданием и его раздумьем. Две, три, пять. Не могу придумать подходящего занятия своим рукам, поэтому с силой сжимаю ремешок сумки. Так что костяшки пальцев белеют. Семь, восемь, десять.
Это не простой интерес с моей стороны. И даже не пресловутое любопытство. Это стратегически важный вопрос для того чтобы определить мои дальнейшие действия. Надо ли говорить, что я не верю в добрые порывы относительно себя. И весь этот бред, рассказанный им вчера вечером по поводу печальных глаз и искреннего желания помочь мне, все также остается бредом. Не претерпевая никаких существенных изменений.
Женя молчит. Словно размышляет можно ли мне доверить страшную тайну. Чуть ли не военный план по уничтожению мира. Или его спасению. Что, если честно, мне без разницы. Я просто жду. Продолжения. Откровения. Или возможности покинуть его раз и навсегда. Снова оказаться не при делах.
– Я мог бы соврать, что в первую нашу встречу, я увидел растерянность в твоих глазах. Беспомощность и безысходность.
Он убирает руки в карманы и подается чуть вперед. Сейчас его уверенность словно подтерли ластиком. От нее остались лишь слабые смазанные линии в уголках темных глаз. Я чувствую это, как зверь чувствует запах крови, преследуя свою жертву. Запах, который распределяет силы. Который расставляет всех по своим местам. Ниже и выше. На лестнице взаимоотношений.
– Что тебе надо увидеть нечто, что вернет тебя к жизни. Заставит понять, что чтобы у тебя не происходило, есть вещи пострашнее.
– Какой оригинальный психологический ход, – устало усмехаюсь я. – А в действительности?
Женя втягивает носом воздух. Готовится к продолжению. Я подбадриваю его коротким кивком головы и быстрой улыбкой. Такой снисходительной, будто он в чем-то передо мной провинился, и я жду от него объяснений своего проступка. И, конечно, он не видит, как я сжимаю зубы, не слышит учащенного сердцебиения и не может прочитать мои мысли. В которых я матерюсь и горько подвываю. Из-за очередного разочарования, вызванного его словами, которые он только собирается произнести, но я уже знаю, что они меня не порадуют.
– Ты что-нибудь знаешь про благотворительные фонды? Для больных СПИДом или раком? Деньги из них перечисляют на исследования, лекарства, операции. У этого центра такого практически не существует. Одно название. Бездомные больные дети меньше всего интересуют общество. В них нет никаких перспектив. В то время, как им тоже нужна помощь. Не меньше других, а иногда и больше. Некоторых из них можно спасти, если вовремя сделать дорогостоящие операции. Им можно дать шанс. Они его заслуживают. Вот уже несколько лет я занимаюсь поиском спонсоров.