Иное утро

К вопросам веры Тимия относилась скептически и старалась максимально гладко выходить из затеянного кем-то теологического пустозвонства. Дело не в том есть бог или нет, дело в доказательствах. Человек способен говорить все что угодно, и написать все что придет ему в голову, но если в это кто-то “поверит”, в то что написано, это уже становиться религией. “Вера не нуждается в доказательствах” – говорила учительница по биологии в школе. Но почему?

Как-то раз в ней домой заглянули приверженцы какой-то секты чье учение, в целом, произрастало из христианства, но они брали не всю библию целиком, а вычелиняли из нее “нужные” и “верные” им отрывки. И впрочем, если подходить с этой стороны, то их вера была ничем не хуже основной материнской. В нескольких журналах с гороскопами тоже можно найти, постфактум, нужный и верный тебе именно в этот день. Если этот гороскоп читать после случившихся событий – ты поверишь, если до – ты подстроишь и поверишь. Проблема веры заключалась в самой вере и нашей подмене понятий.

И слушая что говорил Макс на публику она понимала что это не солдаты вовсе, а самые настоящие рыцари-тамплиеры, храмовники несущие слово своего “Пророка” по миру полностью ему подчинившись. Даже генерал Соколов сидя за своим удобным креслом где-то в бункере верил каждому слову бывшего начальника инженерного отдела.

И военные верили ему не по тому что весь мир, и они, сошли с ума, но потому-что у него были доказательства его веры. Двое из прошлого, из мира который уже казался был столь далек как было только возможно. И те солдаты чьи лица не скрывались под шлемами, или очками, смотрели на них как на своих мессий горящими глазами. Люди что примкнули к Пророку знали больше чем все остальные, и у них единственных, была хоть какая-то надежда возвратить тот погибший мир отражаемый в обычной, и, слегка порванной одежде Пророка. Он и носил свой пиджак с того самого момента как увидел обелиск ибо знал что это будет его рясой в новом черно-белом мире.