Иное утро

– Физически вы не способны, – вмешался в спор Виктор. – Вы должны испол…

– Виктор, прошу не стоит усложнять ситуацию. Отведите Арфо в подготовительную зону, хорошо? От вас многого не требуется, – сказал Макс. – Арфо, ты ведь не против побыть доблестным защитником?

У Арфо непроизвольно дернулась мышца под глазом.

– Я не понимаю. Зачем? – сказал он.

– Ты все поймешь, – ответил Макс, – но позже. Иди, иди. Ты вряд ли умеешь пользоваться пистолетом, так?

Арфо стоял на месте и буравил взглядом старика, но второй такой старик положил руку на плечо и мягко того повернул.

– Пойдемте, там нас уже ждут, – сказал Виктор.

– Тим, – Арфо посмотрел на Тимию и у него в голове появилась смутная мысль что они больше не увидятся, а все тут обман, – увидимся. – Он постарался улыбнуться. Неумело. Не получилось.

Солдат в черном обмундировании зашел вперед и перекрыл обзор ясно давая понять что следует отсюда выйти.

Арфо вышел из палатки и в душе Тимии поселилась знакомая пустота. Всю свою жизнь она отвергала от себя людей, старалась держаться подальше и держала “друзей” только для того чтобы самой не сойти с ума. Людям нужно общество, людям нужно говорить, людям нужно чтобы их слушали. И она будучи в университете пыталась вести себя как “нормальная” девушка, в школе то все знали что у нее произошло и относились к ней снисходительно, но вот в университете она смогла быть собой. Или не собой так как скрылась за учебой, скрылась за фильмы, и скрылась за редкими встречами со знакомыми которые в итоге стали “друзьями”. Почему в скобках? Разве они не были ее близкими? Она не могла рассказать им о своем прошлом, она хотела стать другим человеком, и в итоге у нее получилось. Но всякую ночь после приема алкоголя старые призраки возвращались все сильней и сильней, а она в ответ все грубела. К концу учебы “друзья” исчезли, остались только “знакомые”. Хотя и это ложь. Для них это ложь. Ведь они продолжали считать ее своим другом, они приходили к ней на день рождения, они звали ее на свои и изредка звонили по телефону обсудить последние новости. Но для самой Тимии они уже были не нужны.

Она стала грубей, она стала сильней, она стала черствей относиться к своим проблемам. Когда взрослеешь то постепенно воспоминания изменяются, не исчезают, они попросту не могут исчезнуть, но измениться до такой степени что долгими и холодными вечерами забившись в угол квартиры ты начинаешь думать: “А было ли оно реально?”. Ответ всегда прост – да. Просто детали другие. Цвет корпуса монитора компьютера то белый, то серый. Домен сайта то трехзначный, то двухзначный. И вот так с течением времени мозг заставляет тебя забывать, а ты не хочешь и додумываешь детали.

Как и сейчас, как и последний тот миг с Арфо, она запомнит таким какой он есть, но измениться он постепенно и нетривиально. Зато останется та боль, и останется та злость. Вот только за что боль? Они с ним почти не были знакомы, а в мыслях она обзывала его самыми нелицеприятными терминами. Но вид его синих кроссовок вызвали боль. И, хоть и глупый, но упертый Арфо запомнится ей вот таким. Тем кто нарисовал двух зеленых жабок на желтом фоне, тем кто бросил горящую бутылку в существо без звука, тем кто искал сутки напролет информацию когда она мирно спала укутанная им-же пледом.