Железный начдив Азин. Между красными и белыми

Следует заметить, Рига в 1915 году – прифронтовой город. После того как летом немцам удалось захватить Тукумс, Добеле и Бауску, а 2 августа войти в Елгаву, стало понятно, что враг практически вплотную приблизился к рижским крепостным стенам. От каких боёв «отдыхал» «офицер казачьих войск, с лампасами на брюках», приезжая туда «из Двинска», сказать несложно: то была сказка для несведущих, придуманная самим Азиным. Он не воевал, а периодически наезжал из Риги домой. Уже тогда, в 1915 году, Вольдемар был одержим казачеством, всеми фибрами души мечтая стать «настоящим казаком». И стал им! Правда, пока в своих фантазиях. Ничего удивительного, что осенью того же года он убудет с родным Полоцким народным училищем в эвакуацию в Новочеркасск – поближе к мечте.

Ну а боевой офицер Медведев запомнит этого лихого «казачка», и когда судьба их снова столкнёт, что называется, лбами, непременно замолвит словечко. Перед кем? Да перед тем же тов. Шориным, например, у которого на примете и без этого латыша было немало оборотистых хлопцев – тот же Саня Чеверёв, который и командовал не хуже, и был более покладист.

Когда комфронта Вацетиса Троцкий с подачи Владимира Ильича поставит возглавить Вооружённые силы Республики, на своё место «латышский стрелок» порекомендует опять-таки «своего человека» – того, кого хорошо знал, исходя из принципа личной и партийной преданности: тов. С. Каменева. Их обоих в начале 1900-х свели стены Николаевской академии Генерального штаба: Каменев выпустился из оной в 1907 году, Вацетис – в 1909‐м. Однокашники.