Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Вот, например, что говорилось в одной из телеграмм Троцкого члену Реввоенсовета Республики С. Аралову от 2 декабря 1918 г.:
«Еще в бытность вашу заведующим оперодом Наркомвоена мною отдан был приказ установить семейное положение командного состава из бывших офицеров и сообщить каждому под личную расписку, что его измена или предательство повлечет арест его семьи и что, следовательно, он сам берет на себя таким образом ответственность за судьбу своей семьи. С того времени произошел ряд фактов измены со стороны бывших офицеров, но ни в одном из этих случаев, насколько мне известно, семья предателя не была арестована, так как, по-видимому, регистрация бывших офицеров вовсе не была произведена. Такое небрежное отношение к важнейшей задаче совершенно недопустимо».
К чему всё это привело? Отвечу: массовое дезертирство командно-руководящего состава РККА аукнулось здравым протекционизмом. Если проще, то армейская кадровая политика постепенно снизошла до уровня догмы: брать лишь тех, кого хорошо знаем. То есть на командные должности начали ставить, исходя из принципа личной и партийной преданности. И если спросите: а как же с профессиональной компетентностью? – то ответ один: да, непременно с учётом оной, но как приложение к первому.
Теперь, что называется, на пальцах. В июле 1918 года командующим Восточным фронтом назначается бывший царский полковник Иоаким Вацетис, за плечами которого Николаевская академия Генерального штаба и боевой опыт участия в Русско‐японской и Первой мировой войнах. В 1917 году Вацетис был представлен на присвоение генеральского звания, но Октябрьский переворот свёл на нет мечту военачальника надеть парадные генеральские эполеты. Впрочем, это не помешало бывшему «латышскому стрелку» сначала возглавить фронт, а потом и Вооружённые силы Советской Республики.
И это при том, что некоторые старые генштабисты называли Вацетиса человеком, ничем особенным не выделявшимся из общей массы военспецов.
Вот, к слову, что о Вацетисе писал генерал-военспец А.Е. Снесарев:[144] «У него просто, он одет граждански, толстый, жирный. По акценту скорее напоминает чухну. Кругом него только латыши… русским духом не пахнет… Он ординарен до крайности, мысли его простоваты, разумны, если угодно, но и только. О русском народе он говорит с худо скрываемым презрением и повторяет, что ему нужна палка… Словом, ловкий инородец, взобравшийся наверх среди русского кладбища, ловко потрафивший власть имущим… В области Ген. Штаба в нем виден недоучка, а потому и дилетант, а еще более фантазер. На мой вопрос, сколько в Красной армии, он отвечает незнанием, но прибавляет, что к весне будет втрое больше, чем теперь… И этот неготовый, полуиспеченный специалист, вдобавок фантазер, стоит во главе всего дела. Какие же шансы?»
Скажем прямо: в пух и прах.
Более лестную характеристику Вацетису читаем у тов. Троцкого: «Вацетис был предприимчив, активен, находчив. Вацетис выдвинулся во время восстания левых эсеров. Под его руководством были установлены легкие орудия против штаба заговорщиков. После измены авантюриста Муравьева на востоке Вацетис заменил его. В противоположность другим военным академикам он не терялся в революционном хаосе, а жизнерадостно барахтался в нем, пуская пузыри, призывал, поощрял и отдавал приказы, даже когда не было надежды на их выполнение. В то время, как прочие «спецы» больше всего боялись переступить черту своих прав, Вацетис, наоборот, в минуты вдохновения издавал декреты, забывая о существовании Совнаркома и ВЦИКа…»[145]
Как бы то ни было, этот «полуиспеченный специалист» (по Снесареву) показал себя блестящим военным руководителем.
Перейдём к Василию Ивановичу Шорину.
После окончания Казанского пехотного юнкерского училища и Офицерской стрелковой школы в Ораниенбауме в Русско‐японскую войну он был ротным; в Первую мировую – комбатом в 333‐м пехотном Глазовском полку. Кто не знает, напомню: ротный и комбат – «рабочие лошадки» любой войны; именно на них-то всё держится, они же первыми погибают в бою. Не избежал ранений и Шорин. Самое тяжёлое – в марте 1915 года в бою под Краснополем (в правый бок, печень и левую ногу).
С октября 1917 года Василий Иванович (уже полковник) служит командиром 102-го пехотного Вятского полка. После Октябрьского переворота солдатским советом был выбран начальником 26‐й пехотной дивизии. И это при том, что большинство его бывших товарищей по службе либо самостоятельно, либо с генералом Корниловым убыли на Дон. А Шорин остался.
144
Снесарев, Андрей Евгеньевич (1865–1937), – русский и советский военачальник, военный теоретик, публицист и педагог, военный географ и востоковед. Из семьи священника. С отличием окончил физико-математический факультет Московского университета. С отличием и занесением на мраморную доску окончил Московское пехотное юнкерское училище (1889 г.) и Николаевскую академию Генерального штаба по 1-му разряду (1899 г.). В звании штабс-капитана был причислен к Генеральному штабу. С 1910 года – начальник штаба 2-й Казачьей Сводной дивизии; в этой же должности встретил Первую мировую войну. Был ранен, дважды контужен. После Февральской революции назначен начальником штаба 12-го армейского корпуса. В октябре 1917 года, будучи командиром 9-го армейского корпуса, произведён в генерал-лейтенанты. С апреля 1918 года – в рядах РККА. Во время Гражданской войны носил форму с погонами генерал-лейтенанта; отличился при обороне Царицына. Командовал Западным районом обороны, затем – Западной армией. С 24 августа 1919-го по 25 июля 1921 года – начальник Академии Генштаба РККА. В 1930 году в рамках операции «Весна» был арестован и дважды приговорён к расстрелу. По указанию Сталина расстрел был заменён на 10 лет ИТЛ. Срок отбывал в СвирьЛАГе и печально известном СЛОНе. В сентябре 1934 года досрочно освобождён по состоянию здоровья. Умер 4 декабря 1937 года в московской больнице; похоронен на Ваганьковском кладбище.
145
Троцкий Л. Д. Указ. соч. С. 389.