Электронная книга - «Сын на отца». Краткое содержание книги:
— У-у, твари долгогривые — все время волками на меня смотрели — перемены мои им не нравятся! Так я вам булатный нож в патриархи дам, как тогда его в стол воткнул, когда попы меня просить начали! Ну что ж — будет им патриарх — всех изведу! Ишь ты, сидели и молчали как мыши под веником, а тут силу почувствовали?! Каленым железом скверну выжгу!
— Так с ними и надо, мин херц! Давить их надо, и как можно скорее. Иначе попы всю Россию на бунт поднять могут — с анафемой какие шутки, тут дело опасное и кровавое!
Меншиков мотнул головою, да и самого Петра тряхнуло изрядно от таких слов, сказанных честно «светлейшим». Церковь была слишком серьезной организацией, чтобы ее сломать просто так. Не имея под рукой ни одной пехотной роты, чтобы себя защитить силой, она обладала значительными богатствами, даже после введения ее земель в Монастырский Приказ. А все это злато-серебро с блюд, кубков, окладов и облачений, в случае необходимости, могло быть легко обращено в звонкую монету — на этой пары миллионов царь не раз домогался.
После Нарвской «конфузии» его отговорил старый князь-кесарь Федор Юрьевич. Хотя колокола содрали со звонниц, дабы отлить пушки взамен захваченных шведами. И совершенно напрасно, кстати — десятки тысяч пудов колокольной меди так и остались лежать не востребованными, занесенные снегом. Требовалась орудийная медь, что лучше держала выстрел, а у нее совсем иная добавка олова. Пришлось часть орудий отливать из чугуна — тяжелых, совершенно ненадежных — они часто взрывались при воспламенении порохового заряда.
Средства у церкви имелись, и изрядные — богатства ведь веками копились. Одна Троицкая Лавра в смуту пятьдесят тысяч рублей отдала, да ему на воцарение архимандрит легко двадцать тысяч выдал — эти деньги и помогли сломить ненавистную царевну Софью.
— Кто там был из златорясых?
— Патриарх Стефан, митрополиты Сильвестр, Иеремей, Афанасий, епископы Иона, Досифей — их в митрополиты пророчат, и еще семеро архиереев — все кто под рукой оказались. Все архимандриты и игумены московские також с ними, а притча несметное число…
— Ого, как воронье слетелось, мин херц, закаркали, силу почуяв! А мы им шейки свернем!
— Васильевич — указ срочно пиши! Самозваного патриарха Стефана не признавать, его посланников хватать, заковывать в железо и в Петербург отправлять! Все священники должны дать мне новую присягу на верность, о том, что не будут утаивать от сыска тайну исповеди, если воровство какое против меня проведают!
— Уже, государь! Карами изменникам угрожать?!
— Самыми страшными — я с них шкуры сдирать прикажу, всех на колесо положу, чтобы долго мучились, каины! Кто там дальше с изменниками из персон шашни крутит?!
— Обе царицы, государь — они с царевичем народ с Красного крыльца благословляли, сам это зрел. Весь гарнизон московский на сторону царевича перешел — четыре полка солдатских вышло, да еще три гарнизонных, если с окрестностями считать. Да три полка драгунских, два полевых и от гарнизона один и шквадрон еще с ним отдельный — тем Вилим Монс командует! Он, собака, царицу от Суздаля сопровождал!
— Вот где тать, Данилыч, изменника не дал ты мне покарать! Сам его в Москву отпустил! Ой, дурень!
— Шкуру сдерем, сам его на ломти нарежу!
Совершенно спокойно отозвался Меншиков, что-то подсчитывая — силы мятежников его явно не впечатлили — десять полков, почти наполовину из гарнизонных солдат невеликая сила.
— Начальство над оными принял фельдмаршал Шереметев…
— Это он на тебя в обиде, мин херц, за сына!
— Надо было старика в монастырь отправить — сейчас бы под ногами не мешался! Дальше реки!
— Генерал-поручик Федька Балк присягнул с иноземцами — тех, кого не побили сразу.
— Эти сбегут быстро, как я с полками подойду, — Петр пожал плечами — «кукуйским немцам» царевич Алексей как батогами по причинному месту, попы все реформы свернут, а Немецкую Слободу сожгут — чего они не раз просили и даже требовали.
— Салтыковы, почитай, все примкнули! Царевич Сибирский со своим потомством тоже, а с ним татарские мурзы.
— И Васька туда же, кучумово отродье! Ах, тать! Не понравилось, что я его выблядков князьями сделал — сам захотел царствовать?!
— С ним сотни три татар, да две башкир — все тебе, государь, изменили! Они домой следовали из армии. В Казань гонцов отправили — обещали под Москву многие тысячи единоплеменников привести.
Петр заскрежетал зубами — если приволжские степи вынесут из себя двадцать тысяч конных лучников, а то и больше, то война примет нехороший характер, слишком опасна татарва. Да и Шереметев умеет ими командовать — все время воевал их руками, наловчились шведов бить.