Электронная книга - «Сын на отца». Краткое содержание книги:
Позор неслыханный для царской чести, а ему все равно — лишь бы никто не мешал кровушку лить!
Тебя с молодой женой все одобрением встретят — она как ангел скромный, приветлива и ласково — нельзя без законной супруги никак. Ведь она крови Салтыковской, как царица Прасковья — весь род за тебя давно встал — ему нужно милость оказать! А Ромодановские со многими узами связаны, а через жену ты их службу верную получишь!
Алексей прикинул расклады и сразу укорил себя — он многого просто не понимал раньше. А теперь выходило, что не он на Ромодановского охотился, а его самого давно под опеку взяли.
«Да — женитьба есть дело политическое!»
— Все, сын мой, теперь зови князя с дочерью, ругай нас, волю свою объяви, да уважение Ивану Федоровичу выскажи!
Алексей встал, гордый как патриций, закинув за плечо кончик одеяла. И негромко произнес, но властно:
— Князь Иван Федорович, и ты, Катенька, любовь моя, явитесь предо мною, на то моя царская воля!
Ромодановские явились почти сразу, склонили головы, как и сама царица Евдокия Федоровна — все блюли ритуал, хоть и было всем давно ясно что к чему и как.
— Спасибо тебе Иван Федорович, что взрастил царицу — Екатерина Ивановна достойной супругой мне будет, и смею заверить — девичество свое соблюла, и меня им одарила. А что до свадьбы сие приключилось, так то не грех, а необходимость государственная — наследник престола русских кровей нужен, нечего на иноземцев смотреть и с ними родство искать!
— Правильно говоришь, великий государь, нечего нам с иноземцами кумиться, — Ромодановский поклонился земно, коснувшись пальцами пола. — И горд, что дочь моя тебе по сердцу пришлась и ты ее царицей избрал. А что девичество свое честно сохранила, так-то я своими глазами вижу на царском ложе, что застелено.
Алексея бросило в краску, румянец на щеках Кати стал багровым — они оба посмотрели на красное пятно с разводами, что разлилось по простыне, хорошо видное даже в тусклом пламени свечей.
— А потому поторопитесь со свадьбой — ее нужно провести как можно скорее, время не терпит. Назначаю тебя своим князем-кесарем, Иван Федорович, сам знаешь что делать, и главой Боярской Думы также. И поторопитесь со свадьбой, каждый час на счету!
Алексей подумал немного, и в голову пришла мысль, которую он поспешил озвучить:
— В честь своего воцарения решил я учредить орден святого Александра Невского и наградить им достойных. И первым его кавалером станешь ты, Иван Федорович, а награду получишь из рук царя и царицы. А теперь оставьте нас — каждый должен делать то, что положено…
Глава 15
— Государь — из Москвы гонец, поручик Вязьмикин!
Петр с Меншиковым живо обернулись к двери, в клубах морозного воздуха зашел караульный офицер, а с ним еще один — в запорошенной снегом епанче и раскрасневшимся лицом.
— Что в Москве?
Петр бросился к вошедшему, все же в нем еще жила надежда, что переворот в Первопрестольной не состоится. Но поручик чисто по-солдатски рубанул честный ответ, предельно честный в своей убийственности.
— Измена, государь! На сторону Алексея перешли бояре и купцы, офицеры и солдаты, посадские всем скопом, и все, да это так, духовенство. Из персон выделю князя-кесаря Ромодановского…
— Ванька-каин все и затеял, вор! Вор! Быть ему на колу!
Вспышка Петра была яростной, лицо скривилось от гнева, пальцами он смял оловянную кружку как бумагу.
Произнес хрипло, через силу:
— Дальше иуд перечисляй, всех запомню намертво!
— Митрополит Стефан благословил царевича прилюдно — Поместный собор состоялся на второй день переворота, местоблюстителя избрали патриархом! Я, как услышал это, рванул вслед за прапорщиком Войковым, коего отправил к вам, государь, в первую ночь, с упреждением…
— Не было его, часа три назад купец был из Суздаля — рассказывал как все там началось, как схватили Скорнякова-Писарева, как освободили из монастыря дуру Дуньку!
— Убили, значит, Никитку, или схватили! Либо в метель попал, и сгинул — я сам чуть не замерз, круговерть снежная, ни шагу ступить. Вырваться из Москвы трудно — везде разъезды драгун, все дороги на Петербург перекрыли караулами. Обратно не заворачивают, хватают и прямиком в Преображенский Приказ отправляют.
— Псы! Все продумали!
— Говорили вечером позавчерашним, что на Поместном Соборе решили дружно все иерархи и клирики анафеме тебя предать, государь. Ее патриарх с прошлого утра должен был объявить перед Архангельским Собором, но я как услышал, сразу заторопился в дорогу.