Корзина желаний

Вийон перевел взгляд на другой рисунок. Тут у него никаких особенных воспоминаний не возникло, но, как и всякий ильсильварец, он сразу понял, что изображено и с кем ему предстоит иметь дело. Линии на пергаменте также складывались в изображение человека, и в его тело также были вписаны звездчатые круги – но куда более крупные и числом всего лишь три. Над и за головой человека, словно нимб, сияло благое Солнце, в середине груди находилась Луна, а в паху, словно клякса или многоногое насекомое, чернело Светило Тьмы, Горгелойг. Рисунок этот означал, что хозяин дома, полностью или частично, разделяет учение лекханитов – последователей Короля-Еретика, веривших в Космического Человека, внутри которого содержится все сущее, все миры, все боги и духи.

Под этим рисунком был еще один, частично скрытый пергаментом с Космическим Человеком – Вийону захотелось подойти ближе, приподнять и рассмотреть его хорошенько, но в этот момент он услышал тяжелые шаги наверху, и поспешно отступил назад. Харбус грузно спускался по скрипучей лестнице, но когда закончил свой путь, то не вошел в гостиную, а двинулся куда-то еще. Вийон ждал, но ничего не происходило. «Может быть, хозяин дома сейчас занят и он велел охраннику вернуться к своим обязанностям, а сам подойдет позже?» – Подумал Вийон. Он вновь сделал несколько осторожных шагов среди бутылей, минералов и реагентов и приподнял край пергамента.

На третьем рисунке также были изображены Луна, Солнце и Горгелойг, но на этот раз расположение Светил было уже иным. Луна – где-то вверху, совсем крошечная, окруженная линиями и цепочками таинственных знаков, казалась скорее декорацией или частью орнамента, а не основным элементом картины. Солнце и Горгелойг располагались слева и справа, напротив друг друга, и каждое из светил окружали вытянутые кольца с надписями и значками. Некоторые из кругов пересекалась друг с другом, а в месте пересечения находилось изображение города в кольце крепостных стен. Город отбрасывал длинную тень, а общая композиция была построена таким образом, что круги, исходящие от Солнца, захватывали тень города, а сам город оказывался захвачен кругами Горгелойга. Всюду было множество значков и надписей, как идущих вдоль кольцевых линий, так и находящихся рядом с изображенными объектами, но хранимый ими смысл, конечно же, остался сокрыт от Вийона. Ах, если бы он мог читать! Буковки эти, складывавшиеся в слова, наверняка могли бы раскрыть смысл странной картины. Почему город, означающий, вероятно, человеческий мир, принадлежит Горгелойгу, а тень от города – Солнцу? Ведь должно быть наоборот, не так ли? Конечно, можно было заподозрить Нориса, держащего у себя дома, не только в лекханитстве, но и в чернокнижии, однако в целом странный рисунок не производил явного негативного впечатление. Предвечные прародители богов и людей были расположены симметрично, имели равный размер и влияние, и явного преимущества ни того, ни у другого заметить было невозможно.