Первое дело Еремея
- Автор: Щепетнёв Василий Павлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Первое дело Еремея». Краткое содержание книги:
И если бы только они...
Воистину нет зла, которое Провидение не может обернуть добром! Первое нашествие монструозий ободрило всех и вернуло смысл существования. Оно показало, что не зря мы стремились усовершенствовать своё искусство во владении метателем, напомнило о битвах с силами Нечистого, как прошедших, так и, что важнее, предстоящих.
Все возжелали стать стражами границы и получить магнитный арбалет. Отлично. Арбалет не метатель, стрел вдоволь, и вскоре наш скит имело четыре отряда по дюжине человек в каждом. Между отрядами даже возникло соперничество, впрочем, не переходящее во вражду (в поселениях бывает и это). Вновь время поселенцев было заполнено до последней склянки.
Но услышанное на исповеди повергло меня в уныние: оказывается, возникла идея, будто лучшие отряды стражей границы будут возвращены в прежний Мир для войны с Тёмными Мастерами.
Возвращение в прежний Мир — вопрос щекотливый. Формально поселенцы — свободные люди, и никто не вправе требовать от них вечной преданности Границе. Но, помимо законов писанных, есть и неписаные. На дезертирах Границы оставалось невидимое пожизненное клеймо. Такой человек не мог претендовать на выборный пост, кредит его был самым мизерным, да и роду своему он нёс больше позора, чем уважения. Потом, когда скит окрепнет и перестанет быть Границею — пожалуйста, но сейчас, в первые годы…
Но отправиться на битву с Нечистым, конечно, было делом другим. Битва с Нечистым и его подручными делала человека героем.
Беда только в том, что мы не собирались никого возвращать в Прежний Мир. Освоение Мира Красного Песка и было нашей битвой. Битвой, длящейся не часы, не дни даже, а поколения. Но не все могли принять это. Человеку свойственно торопиться. Требуется много терпения, чтобы научиться терпению, как говорил великий Лек-Сий.
Я и сам постигал суровую науку ожидания. Помог отцу Шейкли с расчетами нового песчаного корабля — мы решили построить их с полдюжины. Отец Шейкли продолжал работать и над совершенно независимым от ветра экипажем, но решение пока не давалось. К тому же первый песчаный корабль показал себя превосходно, и отвергать его — значило впадать в грех неблагодарности.
Всё это время я воздерживался от вылазок в Навь. Отец Шейкли не зря наложил запрет на навигацию. Я чувствовал, что неподалёку обретаются чрезвычайно опасные существа. Были то известные мне монструозии, или же Мир Красного Песка вмещал в себя и иных тварей? Этим-то и занимался отец Шейкли, ныряя еженощно в суб-Навь. Последовать за ним я не мог — случись что с нами обоими, и это бы поставило само существование поселения под угрозу. Отец Шейкли был многажды искуснее меня в навигации, и то, что мне грозило бы неминуемой ментальной гибелью, для него не представляло особенной опасности. Но я волновался.
Днём волнения и тревоги отступали — стражи границ, помимо стрельбы из магнитных арбалетов, осваивали управление нашей маленькой флотилией — в строй вступили ещё два песчаных корабля. Я старался обучить их всему, чему научился сам. Казалось, знал я немного, но, обучая, я обучался тоже, и вскоре три песчаных корабля довольно слаженно совершали различные эволюции, оставляя в пустыне следы от широких колес — мы стали делать их из полого астика, надувая воздухом, и потому они совершенно не зарывались в песок. Следы держались недолго: ветер присыпал их песочком так, как писец присыпает чернила на листе бумаги.
В поход к куполу отец Шейкли отправился на двух песчаных кораблях, с двумя же отрядами стражей границ. Я остался в Подземелье — покидать обоим священникам (хотя, конечно, я не был полноценным священником) скит не стоило по той же причине, по которой не стоило и ходить вместе в Навь. Безопасность. Не наша, нет, но — поселения.
В тот день все оставшиеся завидовали отобранным в поход. А те, кто был в походе, наверное, завидовали нам.
Напрасно мы считали, что монструозии нападают только ночью. Когда корабли отца Шейкли подошли к куполу, из барханов, что стояли невдалеке, выползли сотни и сотни тварей. Были они гораздо меньше тех, с кем нам пришлось иметь дело раньше, размером с человека, но тем труднее было в них попасть — юркие, они стремительно набрасывались на стражей границ, и многие из стражей погибли прежде, чем догадались сменить метатели и арбалеты на мечи.
Экспедиция спаслась бегством, оставив у купола пятнадцать человек. Сам отец Шейкли был тяжело ранен пиявицами, и лишь благодаря его наставлениям мне удалось сохранить ему правую руку.