Бульдог Драммонд [litres][Bulldog Drummond]

– Вы можете сказать мне, куда летит тот самолет? – спросил он доверительно.

Возможно, упомянутому механику только что уронили большой гаечный ключ на пальцы ноги, и то, что он промычал, было трудно считать ответом. Это было скорее шедевром нецензурной словесности. Но шедевр сей был столь замысловат и многоэтажен, что Питер Даррелл оглянулся. И увидел механика, говорящего с соглядатаем… После чего он перекинулся парой слов с Драммондом…

Шпику потом было сложно восстановить в уме последовательность событий. Внезапно он обнаружил себя окруженным людьми – очень приветливыми и разговорчивыми. Ему потребовались целых пять минут, чтобы возвратиться к автомобилю, и к тому времени самолет уже был пятнышком в небе на западе. Даррелл встретил его возле машины, с выражением крайнего изумления на лице.

– Один промах я часто видал, – заметил Даррелл. – Два – иногда; три – редко; четыре – никогда. Четыре прокола – и все разом! Дорогой мой! Я положительно настаиваю на том, чтобы подвезти вас!

Он почувствовал, что его тащат к автомобилю Драммонда. Взглянув на свой автомобиль, шпик с изумлением обнаружил, что у него сняты колеса! Его рука нырнула в карман за револьвером – и не обнаружила его!

А человек, которого он считал дураком, рассмеялся. – Бедный маленький шпион даже не подозревал, что я еще и карманник, не так ли? Удобное небольшое оружие, мне этот пистолетик нравится. Все готово, Питер?

– Так точно! – раздался веселый голос сзади.

– Тогда дай ему затрещину.

Шпик увидел звезды, они были разноцветными и кружились в темноте перед глазами, которая сменила ясный день в тот миг, когда он получил удар по затылку. И наступила тьма. Только четыре часа спустя какой-то чернорабочий вытащил его из канавы и привел в чувство. Но его дальнейшая судьба не связана с сюжетом этого повествования…

– Мой дорогой друг, я же говорил вам, что мы доберемся! – сказал Хью Драммонд, разминая ноги. – То, что пришлось аварийно сесть в дикой местности, помяв вашу летучую колымагу, чтобы избежать паспортного контроля, абсолютно несущественно. Единственное повреждение – испачкали костюмчик Теда, но у всех лучших официантов на фартуке пятна. Они мажут его супом, чтобы показать, что все время заняты… Мой Бог! Вот один из них!

Французик маленького роста, в форме жандарма, мчался к ним, размахивая руками, преграждая им путь в сияющие недра «Ритца». Он протараторил что-то по-французски, обращаясь к Драммонду, который учтиво поклонился в ответ. Его знание французского языка было микроскопическим, но на такой пустяк его должно было хватить.