Бульдог Драммонд [litres][Bulldog Drummond]

По крайней мере, Хью рассчитывал на это, перелезая через конек крыши. Поттса он не видел и не знал, получилось ли у американца сбежать. Надо было подумать о подстраховке. Например, привлечь к дому максимум внимания прохожих и проезжающих мимо. Итак, когда Петерсон появился в поле зрения из-за угла дома, сопровождаемый несколькими громилами и длинной лестницей, Хью запел. Он кричал, он ревел во всю силу своего голоса, не спуская глаз с противника. Он видел, что Петерсон посмотрел нервно через его плечо в сторону дороги и начал подгонять подручных. Хью рассмеялся и взревел еще сильнее, испугав каждого грача в районе.

Когда два чернорабочих прибежали, чтобы понять, кто орет, люди Петерсона обнаружили, что лестница слишком коротка.

Аудитория увеличивалась. Молочник, два коммивояжера, которые поднялись с жаворонками и погрузились в форд со своим товаром. Джентльмен немного нетрезвого вида, брюки которого стремились упасть, и, наконец, толпа сельскохозяйственных рабочих. Никогда не было такого великолепного повода для сплетен в местном пабе прежде в районе. На несколько месяцев темы для чесания языком были обеспечены. И Хью пел, Петерсон матерился. Аудитория росла. Затем, наконец, прибыла полиция. Певец прекратил выступление. Хью перестал петь и расхохотался.

В следующий момент смех замер у него на губах. Из окна в крыше высунулся Лэкингтон с перекошенным от ярости лицом и с револьвером в руке. Снизу его не было видно, и Хью осознал опасность. Лэкингтон вылез на крышу, пока внимание солдата было переключено на другое; и теперь Генри приближался, и палец его дрожал на спуске.

– Доброе утро, Генри, – спокойно сказал Хью. – Я не стрелял бы, на вашем месте. Мы на виду, как в мелодраме. Если вы не верите мне, – тут он слегка изменил интонацию, – просто подождите, пока я поговорю с Петерсоном, который в настоящее время болтает с деревенским констеблем и несколькими рабочими. – Он увидел огонек сомнения в глазах Лэкингтона и немедленно развил полученное преимущество. – Уверен, что вы не хотели бы прославить его Генри. Петерсон просто возненавидел бы вас за такое. Так чтобы успокоить вас, я скажу ему, что вы здесь.

Сомнительно, стоило ли какое-либо действие в жизни Хью Драммонда когда-нибудь ему такого усилия воли, как повернуться спиной к Лэкингтону в этот момент. Но он смог. Бросив последний взгляд на перекошенное яростью лицо потенциального убийцы, он повернулся к Петерсону.

– Петерсон! Здесь ваш приятель, дорогой старый Генри. И он очень раздражен моим концертом. Вы не могли бы его чуть-чуть успокоить? Он так раздражен, что в любой момент может произойти несчастный случай, и я вижу, что полиция уже здесь. Так что?

Даже на таком расстоянии он видел, как перекосило Петерсона, и Хью не смог сдержать смешок. Целая банда безжалостных убийц работала клоунами благодаря его находчивости!