Вологодские заговорщики

Главное для Деревнина было — попасть в обитель. Трудником он быть уже не мог, но полагал — разумно поговорив с настоятелем, найдет там себе место. А потом, сойдясь поближе с иноками, много чего любопытного узнает про жизнь в остроге и в посаде. Хотя бы где живут английские гости, сойдя на берег, не ютятся же они на судне, которое за месяц, а то и два месяца пути, коли не повезет, могло им надоесть хуже горькой редьки.

Обоз собрался долгий — к нему еще присоединились бурлаки. Они сошлись в Вологде из многих окрестных городков и сел. В Архангельском остроге их ждали перезимовавшие на берегу гавани насады — огромные плоскодонные суда, в которые помещалось немало груза — в иное до двенадцати тысяч пудов, и чаще всего это соль-морянка. Принадлежали они вологодским купцам. При попутном ветре насады могли идти и под парусом, имея для того одну мачту, а ветра нет — пожалуйте в лямку. Тащить такой здоровенный груз против течения тяжко, но бурлаки меняются — одни тянут, другие отталкиваются от речного дна длинными шестами. Груз находится под крышей, и потому человеку, что глядит с берега, может показаться — по Двине, затем по Сухоне и по Вологде неторопливо плывет здоровенный сундук, вокруг которого суетится множество народу.

Набралось под две сотни разного народа.

Гаврюшка радовался несказанно — после скучного московского житья такая забава! Деревнин велел ему сдружиться с Теренком — парень был прикормлен, к тому же силен и крепок, всегда бы смог защитить младшего товарища. Он похвалялся, что взрослые мужики брали его на Масленицу в стенке стоять, когда на речном льду затевались кулачные бои, и первым делом научил Гаврюшку, как закусывать рукавицу, чтобы в драке не растерять зубов. После чего Гаврюшка некоторое время дулся на деда: тот его читать и писать выучил, а о таких важных вещах и словом не обмолвился.