На заре новой эры. Автобиография отца виртуальной реальности
- Автор: Ланир Джарон
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: 5 редакция
- ISBN: 978-5-04-098628-6
- Переводчик: Эрика Воронович
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «На заре новой эры. Автобиография отца виртуальной реальности». Краткое содержание книги:
Коко Конн, жившая в Лос-Анджелесе («на юге»), знала всех и перезнакомила между собой по меньшей мере половину разработчиков виртуальной реальности в 1980-е годы. Она профессионально работала с детьми в виртуальной реальности и занималась организацией мероприятий, связанных с виртуальной реальностью, для SIGGRAPH (Специальной группы по графическим и интерактивным методам). Маргарет Мински из Массачусетского технологического института также входит в этот список. Еще один яркий пример – Мэри Спенглер, одна из главных фигур программы ВАЛС (Человеческие ценности и стили жизни) из Стэнфордского научно-исследовательского института, полностью изменившая маркетинг двадцатого века[48].
Не помню, говорил ли кто-то в то время, что Большую женскую сеть в конечном итоге могут заменить роботами с искусственным интеллектом, которые в любую минуту придут на смену «Мамочке по найму», но именно это и пыталась сделать Кремниевая долина. Это называется «социальные сети», и этот механизм работает не так.
Моя первая постоянная девушка в Кремниевой долине оказалась чуть менее известной персоной в Большой женской сети. Не буду называть ее имени, поскольку она не была публичным человеком, но она познакомила меня со многими моими соратниками. Она писала диссертацию в Стэнфорде о мужской сексуальности и жила в эпицентре хакерской культуры. В одной комнате с ней жили сотрудник Sun и один из первых сотрудников Apple.
Через нее я познакомился с Энн Ласко и Янгом Харвиллом.
Они преподавали живопись в Колледже штата Вашингтон и приехали в город получать докторскую степень в Стэнфорде. Энн изучала промышленный дизайн, а Янг был художником и голографистом по программе изящных искусств. Они были женаты, что в наших кругах было в новинку, и воспитывали парочку чудесных и очень подвижных ребятишек.
Невозможные объекты
В то время дети для большинства из нас, одиноких хакеров, были не более чем абстрактным теоретическим понятием. Помню, как рассуждал с приятелями, что если бы у нас были дети, то мы бы прямо с рождения надели на них очки виртуальной реальности. Потом, когда дети подрастут, на них можно было бы надеть шлемы побольше, но только во сне, чтобы дети всегда были в виртуальной реальности. Наши дети выросли бы в четырехмерном мире и стали бы непревзойденными математиками.
Через несколько десятков лет, когда я перерезал пуповину своей дочери, я вспомнил то забытое рассуждение. Разумеется, я не принес детскую систему виртуальной реальности в родильный дом. Ну ладно. Когда Лилибел исполнилось восемь или девять лет, я рассказал ей об этом, и она страшно рассердилась. «Я могла быть первым в мире ребенком, который бы жил в четырех измерениях, а ты мне не дал?» Затем она потребовала четырехмерные игрушки виртуальной реальности, и ей особенно удавались манипуляции с гиперкубами, так что мораль истории такова: никогда не бывает поздно.
Если вас манит эта идея, помните, что в VR-сообществе существует соглашение, что виртуальную реальность нельзя показывать детям до шести лет, а некоторые ученые рекомендуют подождать до восьми или девяти. У детей должны развиться базовые двигательные навыки и навыки восприятия в той среде, в которой эволюционировала нервная система человека.
У моей дочери было столько же опыта виртуальной реальности, сколько и у любого другого ребенка в мире, и ей это нравится. Это несказанно радует меня. Не меньше, чем играть с виртуальной реальностью, она любит прыгать на батуте. Думаю, это правильно. Виртуальная реальность должна быть просто одним из удовольствий этой жизни, а не заменой самой жизни.
Я заметил, что дети пользуются виртуальной реальностью более здраво, чем видеозаписями или играми. Для того чтобы я мог провозгласить свою победу, нужно больше исследований, но в то время все мы думали, что именно так и произойдет. От телевидения и видеоигр люди впадают в транс, становясь похожими на зомби, особенно дети, которых становится просто не оторвать, а виртуальная реальность активна, и через некоторое время от нее начинаешь уставать.
Триптих
Энн и Янг были первоклассными иллюстраторами. Вместе с Янгом мы работали над триптихом, изображавшим естественную, или «истинную», реальность (работа Янга), смешанную реальность (снова Янг) и полную, или виртуальную, реальность (как ни странно, моя).
48
Интервью с Мэри можно посмотреть в документальном фильме «Century of the Self». – Прим. авт.