Другой Брежнев

Вы не только не принимали мер к тому, чтобы остановиться на каком-то рубеже — но, наоборот, поставили радио, кино, телевидение на службу своей личности… Вам это понравилось. Вы по-своему увидели в этом свою силу и решили, что теперь Вы можете управлять самостоятельно, единолично. Вам понравилось давать указания всем и по всем вопросам, а известно, что ни один человек не мо-жег справиться с такой задачей — в этом лежит основа всех ошибок. К сожалению, мы… видели это, говорили, — пытались поправлять, но это встречалось с Вашей стороны как сопротивление якобы новой линии. И мы не смогли вовремя остан<овить> и Пленум ЦК — которому мы должны доложить о нашем разговоре, вправе критиковать нас за это».

Сам Хрущев упреки в культе категорически отвергал, хотя и соглашался с некоторыми другими.

«Разве я «культ»? — возмущался он. — Вы меня кругом обмазали г…м, а я говорю: «Правильно». Разве это «культ»?» Рассказывали, что на октябрьском Пленуме Брежнев выразился примерно так: «Вот Никита Сергеевич развенчал культ Сталина после его смерти, а мы развенчиваем культ Хрущева при его жизни…». Вскоре эта мысль Брежнева — сравнение двух культов — получила развитие в печати. В начале 1965 года появились стихи Александра Безыменского: