Соблазненная во тьме (ЛП)

Подавшись вперед, Калеб провел подбородком по внутренней стороне ее бедра.

- Покажи мне, - сказал он.

Тело Котенка напряглось - он почувствовал это под своей щекой. Он услышал, как она глубоко, прерывисто вдохнула, а затем шевельнула своей рукой под его ладонью.

Поцеловав внутреннюю сторону ее колена, он откинулся на стуле, поправляя ноющую эрекцию в своих штанах. Каждое мгновение, проведенное с ней, сочетало в себе сладость и боль.

Он наблюдал за тем, как ее тоненькие, нежные пальчики нашли эпицентр ее удовольствия и неуверенно прикоснулись к нему.

Неожиданно, он улыбнулся и поднес свою руку к губам, тотчас узнав пропитавший его пальцы вкус Котенка, отчего у него появилось непреодолимое желание облизнуть их... но он не стал этого делать. Потому как знал, что это приведет к незапланированным последствиям.

Котенок выгнула свою спину. Она потирала маленькую точку с нарастающим давлением и скоростью, в то время как все возрастающая влажность делала ее плоть невероятно скользкой вокруг пальцев.

Совсем скоро, с ее губ начали слетать тихие, но настойчивые стоны.

Калеб чувствовал биение собственного сердца в своем члене, гоняющее кровь к его эрекции. Он знал, что ему не следовало возбуждаться - не тогда, когда он уже дважды кончил у ее киски, а затем еще раз, у нее во рту. Однако, воспоминания об этом и визуализация Котенка, которая с каждой секундой текла все сильнее, не ослабляло его желания, а напротив - распаляло его еще больше.

Котенок двигала своими бедрами вперед и назад, сначала медленно, затем с нарастающим темпом, отражающим ее очевидное отчаяние. Пальцы Котенка ласкали ее маленький клитор, делая его заметно более набухшим и красным, но звуки, которые она издавала, исходили от испытываемого неудовлетворения.

- Я не могу... я не могу, когда ты смотришь на меня, - сказала она.

Калеб улыбнулся, - Второе, что тебе следует уяснить - это получать удовольствие всякий раз, вне зависимости от обстоятельств.

Как только он подумал о том, что пытался выразить этими словами, его улыбка погасла, - Познай свое тело, Котенок. Познай, что тебя заводит. Большую часть времени, ты сама будешь отвечать за свое удовольствие. Будут моменты, когда это будет казаться невозможным... и будет невозможным. В любом случае, тебе придется быть убедительной. Убеди меня.

Пальцы Котенка остановились, и единственным звуком, раздающимся в комнате, было ее дыхание, насыщающее ее легкие воздухом. Убрав руку от своего тела, она попыталась сесть.

Встав, Калеб встретился с ее слезящимися глазами, пока она ставила руки позади себя для равновесия.

- Калеб, - ее подбородок дрожал, - Нет.

Казалось, она искала подходящие слова, чтобы их озвучить, и подходящие чувства, чтобы их выразить. Калебу не хотелось слушать то, что она собиралась сказать. Он не мог вынести этих слов.

Калеб шагнул ближе и потянулся к руке Котенка, уклонившись от ее губ, когда она повернулась, чтобы поцеловать его. Этого он тоже не мог вынести.

- Хозяин, - сказал он, - не Калеб.

- Но... ты говорил -

- Я знаю, что я говорил, Котенок. Это было ошибкой, - ответил он.

В свое время он сбил ее с толку, и сожалел об этом. С его стороны было эгоистичным позволить ей такого рода интимность, ведь Котенок ему не принадлежала.

Всхлипнув раз, другой, Котенок все же кивнула.

Взяв ее за руку, Калеб уложил ее обратно на стол. Не дав Котенку времени на дополнительные слезы и слова, он сунул ее мокрые пальчики в свой рот, пробуя с них вкус ее киски... и закрыл глаза от взорвавшейся на его языке терпкой сладости.

Низко постанывая, он всасывал их своими губами, пока не увидел, как глаза Котенка стали темнее и больше, сигнализируя о ее возбуждении. Медленно вытащив пальцы Котенка из своего рта, он направил их обратно к ее киске. На долю секунды, она прикрыла глаза и приподняла бедра навстречу своим пальцам.

- Ты ласкала свой клитор, - прошептал он, выводя небольшие круги на клиторе ее же пальцами.

- Но не забывай, что у тебя есть и эта маленькая, очаровательная дырочка.

Скользнув ниже, он просунул кончик ее тонкого среднего пальчика в ее киску.

- О, Господи! - воскликнула она.

Ее спина выгнулась, тело застыло, но Калеб знал, что это было не от испытываемого оргазма, а от новых ощущений.

- Тебе приятно, зверушка? - спросил он.

Котенок смогла только кивнуть, и осторожно опустившись на стол, стала двигать бедрами.

Медленно убрав свою руку, Калеб снова уселся на стул и продолжил смотреть.

Котенок рассеянно накрыла свою грудь рукой, и стала зажимать сосок между пальцами, как это делал с ней Калеб множество раз. Она хныкнула, и ее первоначальное чувство беспокойства улетучилось, уступив место разрастающемуся удовольствию. Не отрываясь, он смотрел на пальцы Котенка, средний из которых, с каждым неуверенным движением погружался чуть глубже.