Разрыв-2. Второй день на царствии (СИ)
- Автор: Яньшин Юрий Витальевич
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Разрыв-2. Второй день на царствии (СИ)». Краткое содержание книги:
- Затык, как вы выразились, Сергей Иваныч, в кривизне земной поверхности, - послышался каркающий голос дивана. – Кривизна Земли не мешает сканированию потенциального объекта воздействия при 2-3 единицах, а также выводу из строя источника нейтронов и попутно всех электронной начинки. Грубо говоря. Для луча протонов кривизна не имеет никакого значения. Ствол пушки, как назвал ее товарищ Иванов, можно направить под углом к земле – ниже линии горизонта. Но если луч, при данной мощности испускания протонов направить по горизонту, а с той стороны, если представить себе, прилетит просто железный лом, без всякой начинки, то лому это никак не повредит.
- Значит, как я понимаю, лом, выпущенный из орудия, скажем сверхбольшой дальности поражения, как рекламируемый рельсотрон от «BAE Systems»,61беспрепятственно поразит заданную цель? – поинтересовался въедливый «пруссак».
- Естественно, - безмятежно ответил Вострецов, а чуть спустя, добавил, - при той же самой мощности нашего пучка.
- Вы сказали, что при той же самой мощности, - ухватился за оговорку академика Рудов, - а при какой мощности установки возможно уничтожение, скажем, вольфрамового стержня или из обедненного урана?
- Стержнем из обедненного урана стрелять бесполезно. Мы насколько лет назад проводили стендовые испытания и в качестве мишени использовали нечто подобное. Он просто превратится в кусок вязкого и пористого теста, так как нарушатся межатомные связи внутри него. А насчет стержня из вольфрама, то для его уничтожения, как материального объекта будет достаточно мощности в 5-6 условных единиц. Но тут и проявляется основной минус нашей установки. Такие объекты при данной мощности можно уничтожать только в пределах прямой видимости, то есть не дальше линии горизонта, которая при разных обстоятельствах составляет от 20 до 60 километров. И что, естественно не может удовлетворить военных, так как будет лишено всяческого смысла.
- А если луч опустить ниже линии горизонта и увеличить мощность хотя бы на 7-8%? – не унимался Рудов, видя, что и Афанасьеву до жжения в пятках хочется задать подобный вопрос.
- Тогда, - парировал старик с усмешкой, - получится как в том анекдоте, где из-под земли полезли не только черви, но и шахтеры.
- А если серьезно? – спросил Афанасьев.
- А если серьезно, - подхватил Вострецов, - это зависит от ландшафта местности. Если кривизну Земли будет составлять морская поверхность, то через некоторое время вы получите большую и наваристую уху шириной и длиной примерно по 20-30 километров. Вода очень быстро испарится и сконденсировавшись прольется потом Бог весть где в циклопических масштабах. Подробнее сказать не могу. Для этого нужны специальные расчеты на куда больших по мощности компьютерах, чем наши персоналки.
- А если это будет кривизна земной поверхности? – спросил Афанасьев, уже догадываясь о возможном ответе.
- Тогда появится искусственно созданный каньон, примерно таких же размеров, - махнул ручкой ученый сверчок.
- Какой выход для решения этой проблемы вы могли бы предложить? – опять спросил Афанасьев.
- Выход лежит на поверхности. А вернее, над поверхностью, - пожал острым плечиком академик и тут же пояснил свою мысль. – Я имею в виду изготовление и размещение мобильных установок на летательных аппаратах типа Ил-76 или Ан-124 при условии их постоянного барражирования по периметру государственной границы. А еще лучше – расположения их на высокоорбитальных спутниках. Я полагаю, что шесть спутников будет вполне достаточно, чтобы держать под контролем всю поверхность Земли.
- А если продолжать направить излучение по горизонту, но радикально увеличить его мощность? – все больше загораясь, выпалил Рудов. – Что будет?!
- Вот говорила мне маменька, что нельзя давать детям играть со спичками, а я ее не слушал. Молодой был. Дурачок, - прокряхтел с дивана Вострецов, а затем шумно высморкался в большой клетчатый платок.
Иванов, уже порядком изучивший крутой нрав академика, который только чудом еще не завелся, поспешил с пояснениями:
- Как я понял из пояснений Алексея Боголюбова – непосредственного конструктора установки, радикально повышать мощность установки не имеет никакого практического смысла, потому что для этого на Земле не найдется достойных целей. Любой материальный объект будет аннигилирован при интенсивности потока 8-9% от теоретически возможного.
Рудов сидел спиной к Вострецову и к тому же абсолютно не представлял себе взрывного, как петарда, характера старика и поэтому наивно продолжал допытываться у председателя приемной комиссии, что будет, если все же продолжать увеличивать мощность установки? Как буреет от подступающего гнева лицо академика, видели только Иванов, сидящий к нему лицом и Афанасьев из своего кресла. Владимир Всеволодович, опять попытался было вовремя потушить огонь уже пылавший в глазах Вострецова, мямля что-то вроде того, что:
- Увеличение мощности может разогнать реактор до невообразимо больших величин мощности, что возможно станет причиной, чуть ли не галактической катастрофы, последствия которой трудно предсказать, так как для протонов не существует в межзвездном пространстве преград…
Но это невнятное и маловразумительное блеяние, прервал, даже не говорящий, а вылаивающий слова Вострецов:
- Что будет?! Что будет?! П…ц всем нам будет! Дураки! Выставьте установку на половину мощности и включайте секундомер, недоумки! – не стеснялся в выражениях Вострецов, уже совершенно, невзирая на личности присутствующих. Иванов только вздрагивал после очередной порции оскорблений, боясь представить себе ответную реакцию руководства хунты.
- Зачем секундомер?! – недоуменно вскинул брови Афанасьев, явно пропуская мимо ушей обидные эпитеты. Он уже стал привыкать к тому, что академики с завидной регулярностью поливают его словесными нечистотами.
- А затем, б…, чтобы засечь время, когда прилетит ответка, мать вашу…! – взвился почти до небес строптивый старикан.
- От кого?! – почти хором вырвалось у всех.
- Ну, если не от самого Бога, чего я не исключаю, то уж во всяком случае, от представителей иных внеземных цивилизаций! – сказал, словно припечатал Игорь Николаевич.