Кто люб богам
- Автор: Росс Кейт
- Серия: Расследования Джулиана Кестреля #3
- Язык: русский
- Переводчик: Широхов Сергей Павлович
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Кто люб богам». Краткое содержание книги:
- Вы должны признать – она удивительная красавица!
- Я признаю, она настоящая куколка – её головка приятна глазу, но набита опилками, если послушать, что она говорит.
- Вы слишком требовательны, мой дорогой друг. Когда у девушки такое лицо, я не слушаю, что она говорит.
- Вы ничего не слушаете. Неужели вам никогда не надоест восхищаться женщинами на расстоянии?
- Никогда. Я обожаю это. Больше у меня нет таланта ни к чему – спросите моего отца.
- По крайней мере, в этом у вас хватает опыта. Перед мисс Денби ведь была мисс Сомердейл, а перед ней – мисс Уоррингтон, что стала миссис Фолькленд.
Феликс посмотрел на друга внимательнее. У него были очень круглые, светло-голубые глаза, будто у вечно удивлённого ребёнка.
- О чём речь, дружище? Я что… подозреваемый? Так ведь говорят?
- Я должен признать, мне непросто представить вас, набрасывающемся со смертельным оружием на кого-то разумнее жареного гуся. Я видел, как вы позеленели, наблюдая за петушиными боями, и когда я слышу о том, что вы поехали на охоту, я подозреваю, что там вы помогаете лисам. Так или иначе, вы были на вечеринке Фолькленда, и у вас нет алиби на отрезок между без десяти минут полночь и четвертью первого.
- Ну конечно нет, мой дорогой друг. Кто вообще приходит на вечеринки и думает там о подобном? Только представьте себе: «Добрый вечер, герцог. Чертовски хорошее шампанское, верно? Вы выставите вашу лошадь на скачках в Дерби в этом году? Простите, я должен пойти засвидетельствовать моё почтение леди Какой-то-там-шир. Кстати, не могли бы вы запомнить, что мы с вами беседовали в точности в шесть минут первого? Просто на тот случай, если вас спросят об этом позже».
- Очень смешно. Но факт остаётся фактом – у вас нет алиби, и вы проявляли склонность к жене убитого.
- Это можно сказать о половине гостей. Помните, какой фурор произвела Белинда Уоррингтон, когда начала выезжать? Она затмила всех остальных дам в тот сезон. Десятки людей хотели жениться на ней. Все ссорились друг с другом за следующий танец с ней.
«Это правда», – подумал Джулиан. Он и сам обожал Белинду Уоррингтон в те дни, хотя никогда не рисковал влюбиться в неё. Что-то в ней отталкивало Кестреля. Образ Дианы, богини-девственницы, слишком хорошо подходил ей. Даже её нынешняя скорбь и отчаяние носили истинно олимпийский размах – мрачные и трагические, безо всякой мягкости. Мужчине, что действительно любил её, было бы тяжело на это смотреть. Как можно пробить такую броню? Александру удалось очаровать её, но таких как Александр было немного.
- Конечно, – продолжил Феликс, – как только она познакомилась с Фольклендом, ни у кого больше не было шанса. Она упала в его объятия, как трофей в руки победителя.
- Вы очень тяжело это перенесли?
- Кестрель смотрит на меня своим совиным взглядом, – сообщил Феликс воображаемым слушателям. – Конечно, я был сломлен и не отрицаю, что много думал об удаче Фолькленда и ждал возможности хватить его кочергой по голове. О, мой дорогой Джулиан, – Феликс посмотрел на него с весёлым упрёком. – Все видели, что они с Фольклендом созданы друг для друга. Её красота и богатство и его очарование и талант так подходили друг другу. Я не собирался дать разбить себе сердце из-за этого. Оно не разбивается, а продолжает биться. Иначе, меня бы уже не было среди живых.
Джулиан задумчиво посмотрел на него.
- Не знакомы ли вы случайно с миссис Десмонд?
- Почему? Есть какая-то миссис Десмонд, что сказала, будто знает меня? Или более важно, есть какой-то мистер Десмонд, что жаждет моей крови? Тогда жаль, что я не помню ничего такого. Должно быть, я был так здорово пьян…
- Мой дорогой Феликс, вы мелете чепуху.
- Я знаю, – вздохнул Феликс. – Этот разговор меня изрядно волнует. Конечно, очень весело проливать свет на убийство и делать на него ставки, но это всё же убийство.
- Да. Скажите мне, вам нравился Александр Фолькленд?
- Конечно. Как он может не нравиться?
- Я хочу сказать – он был вашим другом? Вы скучаете по нему?
- Другом? Нет, я думаю, нет. Я думаю, что Фолькленд сильно… распылялся. Вы понимаете, о чём я? Он был приятелем многих, но близком другом – почти никому. Пройдёт дюжина месяцев – и никто не вспомнит о нём. Или вспомнят лишь потому, как он умер.
- Я думаю, это самая честная и самая грустная правда, что каждый может сказать о нём.
- Так я устрою нам обоим приступ уныния. Давайте поговорим о другом. Что скажете о моём новом фраке?
- Я думаю, пуговицы придутся очень кстати, если мы разобьем пару хозяйских блюдец.