Мир, где тебя нет

— Магистр вовсю использует его родство с важной шишкой, — не скрываясь, прогудел Грайлин и шумно рыгнул.

Иленгар промолчал, взявшись за кружку. Больше никто старика не слушал.

Свадебная церемония по сути почти ничем не отличалась от тех, что сама Диана проводила в Кармаллоре в статусе герцогини, хоть прошла не в пример веселее и масштабней. Война войной, но люди везде оставались людьми. Романы случались и там, где на них возложили запрет, а желание иметь семью и детей не искоренить из человеческой природы.

Магистр говорил искренне, и Диана была уверена: каждый, кто слушал его, чувствовал, будто слова обращены только ему. Такого Магистра — молодого, откровенного, делящего хлеб и песни со своими людьми, легко было любить.

Когда он договорил и поднял, улыбаясь, круговую чашу, во всю силу грянули музыканты. Над братиной* кричали здравицы. К Диане подбежала шалая Йолль и, не чинясь, расцеловала.

(*братина — вместительный сосуд для хмельных напитков, передававшийся по кругу на дружеских застольях.)

Заметив взгляд Дианы, ей добродушно подмигнул молодой муж. Ростом он на три пальца уступал невысоконькой Йолль, зато в плечах и груди широк был не про каждую дверь. Хоть широкое обаятельное лицо было гладко выбрито, сомнений в его происхождении не оставалось.

— Эй, Илле, гляди веселей! — молодым баском попенял ведьмаку молодожён. — Свадьбу с похоронами, чай, попутал?

Илле выбрался из-за стола и ответил на медвежьи объятия.

— А ты на меня не гляди, Бельт. Счастья вам с молодой женой.

— Благодарствуем! — Бельт галантно облапил взвизгнувшую Йолль. — А то и сам бы не терялся... А? — И, недвусмысленно кивнув на Диану, басовито расхохотался и уволок новобрачную в центр площади, где уже отплясывали вовсю.

— Вы извините его, госпожа. Бельт парень душевный, но как скажет порой...

— Я и не думала обижаться, — со смехом заверила Диана.

— А ну оба пшли отседова! — рявкнул Грайлин и увесисто стукнул об доску стола порожним жбаном. На него заоборачивались. — Развели тут, понимашь, политесы: "ах простите, ах извольте"... тьху, слушать противно! Кыш в круг, не то лавку из-под вас выдерну... х-холера!

— В самом деле, я не прочь! Праздник ведь. Это вовсе даже излишне — крушить казённую мебель, мэтр Грайлин!

— Умная девочка, — благостно расплылся поднабравшийся волшебник, куртуазно лобызая руку смеющейся Дианы. — А ты, бездельник, чего расселся? Успеешь напиться! Давай сюда свою косушку, постерегу...

— Он постережёт! — со смехом уверила Диана, беря Иленгара за руку и увлекая к реющим лентам, непритязательной душевной игре гудков и свирелей, туда, где раскручивался пёстрый хоровод.

Илле поначалу отставал, медля, но вскоре нагнал, и уже бегом они ворвались в хоровод. Их тотчас подхватили чьи-то руки и закружило в разудалом народном танце.

...Диана вырвалась из цепи объятий. Она потеряла счёт времени, но едва ли продержалась долго. Щёки пекло от румянца, волосы совершенно растрепались, а, проведя по ним, Диана обнаружила, что обронила платок. Вслед за нею шёл Иленгар. Он нёс её платок и снимал с него приставшие травинки.