Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1
- Автор: Рябцев Егений Алексеевич, Калинин Михаил Антонович
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Литфонд
- ISBN: 5-7509-1194-2
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1». Краткое содержание книги:
Наглое и безумное усмирение Чечни нагоняло на Игоря страх и тоску. «Человек — это сверхэлектронный космический лайнер, но не такой мудрый, как я предполагал, — размышлял Москаленко. — В каждом корабле есть свои недостатки, легко портящиеся приборы, требующие особой осторожности и заботливого внимания. Какую же функцию в человеческом устройстве выполняет ненависть? Чеченское население у новых вождей было возведено в ранг высшей расы, к жителям иных национальностей сквозило явное пренебрежение. При Гитлере в Германии ведь тоже установили порядок, где немцы считались людьми с «голубой кровью», а остальные шелупонь всякая. Джохар обезьянничал, как и Ельцин, даже не об-щеголяли друг друга по наименованию государственных апартаментов и верховной «генсековской» должности: «Белый дом», «президент»… Организаторы выборов и там, и в России откопали из истории то ли Древнего Рима, то ли Древней Греции, что не есть важно, сколько граждан придет голосовать. Дудаев копировал на первых порах отца Е.Б.Н., чтобы с помощью митингов и опошления жития прошлого вскарабкаться на трон и… забыть все обещания, данные народу на «горлапанском» уровне. Начался по прошествии выборов «кромешный» ад, ну и пусть! Любой желающий и находчивый чеченец мог вырыть котлован, где тянулся бензокеросин — или соляркопровод, прострелить трубу, поставить хомут с краном и качать нефть налево и направо… Головорезы распоясались не на шутку: запугивали, угрожали, избивали, поджигали, обстреливали и убивали русских, армян, евреев, отнимали за бесценок, скупали дома целыми кварталами. Пьяные молодчики на фирменных иномарках хватали девушек прямо на улицах, увозили в места гульбищ и после надругательств иных зверски истязали до смерти, иных опозоренных эти паскуды отпускали с миром….»
Где, спрашивал Москаленко, тогда был Ельцин, Ерин, Грачев, «правозащитник» Ковалев и другие им подобные? Почему они отчужденно взирали три года, когда над четырехсоттысячным российским населением издевались мракобесы, насильники и грабители?
Да, не поминайте лихом, что воевали не умением, а числом. При строгом и правдивом расследовании гражданской войны вскрываются вопиющие факты. В пух и прах разбились планы военных стратегов. Например, два-три боевика бывало засядут в многоэтажных домах, но их накрывали огнем, очищали весь густонаселенный квартал с мирными жителями. Коварство и подлость проявляли дудаевцы, устанавливая орудия около больниц, детских домов…
Наказание, вид имо, неотвратимо настигнет всех, когда остынет «кровожадная» бойня и наступит отрезвление политиков. Правосудие будет жестоким и бескомпромиссным — в назидание всем.
Кто же государственные преступники? И те, кто оставил и продал оружие Дудаеву, и те, кто бесчинствовал там…
Надо приговорить Высшим Судом Истории к осуждению военной репрессии в Чечне и предать их анафеме. Надо найти тех, кто иезуитски скрыты, тех современных Торквемад, которые оказываются в тени и спокойно получают ордена и новые звезды на погоны.
Тон разбирательству обязан задать честный, незапачканный кровью правитель, ибо не исключено народное восстание против федеральных российских войск и дудаевских формирований.
Стиснув зубы, Игорь, как побитый, затравленный пес, негодовал от дальнейшей информации. Елена Супонина, корреспондент газеты «Сегодня» находилась от увиденного в Грозном в состоянии глубокого потрясения:
«.. Жительница этого полумертвого города медик Белла Б. говорила: «Я не дудаевка, но российские солдаты настроили против себя многих. В городе сейчас две опасности. До сих пор российские омоновцы средь бела дня могут взять чеченца. Люди пропадают бесследно, особенно страшно, когда стемнеет. Вторая проблема — это мины, в больницу не перестают попадать больные с осколочными ранениями».
В ответ на вопрос о том, получали ли грозненцы зарплату, даже те из жителей Грозного, кто исправно ходил на работу, лишь смеялись над моей наивностью. Каждый крутился как мог. Продавали свой скарб, и то, что удавалось захватить из оставшегося в соседних квартирах. Вовсю процветал бартерный бизнес с солдатами. Кто-то, пробивая и заклеивая нефтетрубы, забирал нефть, как березовый сок, и в некоторых домах стоит сильно смахивающий на самогонный аппарат по «переработке» нефти и бензина, которым и торговали на обочинах дорог.
Жить без газет, радио, света и воды народ привык. Есть грозненцы, которые продолжают ютиться в подвалах. В одном из таких недалеко от церкви сидели еле живые престарелые люди, психическое состояние которых вызывало опасения. Многие обитали в чужих квартирах — пока не приехали (если живы) хозяева, поскольку свои жилища разрушены.