Новый мир. Книга 5. Возмездие
- Автор: Забудский Владимир
- Серия: Новый мир (Забудский) #7
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Новый мир. Книга 5. Возмездие». Краткое содержание книги:
— О-хо-хо. Пожалуйста, не надо больше! Я больше не могу! А-а-а, а-а-а!
— Вставай! Вставай, давай, живо, Фрэнк! — кричал я, не прекращая работать.
Он валялся и стонал, как мне показалось, минут пять. Временами его крики доходили до ноток поросячьего визга, какой могут издавать свиньи, которых режут живьем, и мне казалось, что следующий импульс убьет его. Но, не достигая порога непереносимости совсем чуть-чуть, боль вдруг опускалась к нижней границе амплитуды, на краткий миг давая шанс вернуться к работе, прежде чем вновь начать неуклонно нарастать. Фрэнк клялся, что сил у него уже нет. Но желание прекратить боль оказалось сильнее измождения. И во время очередного спада он встал и, схватив дрожащими руками кайло, принялся остервенело долбить камень.
Следующий срыв произошел у Матео.
— Черт! А-а-а! Да подождите! Дайте мне!.. А-а-а, сука! Сука, твари гребаные, хватит! А-а-а! Ну хватит! Уроды гребаные! А-а-а-а!!!
Пару минут он бегал вокруг в неконтролируемом приступе ярости, рычал, грозил невесть кому и беспорядочно колотил киркой о стены. Но очередная вспышка боли скрутила его так, что он свалился на землю и сжался в позе зародыша. А затем, грязно ругаясь, торопливо поднялся на четвереньки, и покорно вернулся к работе, приговаривая себе под нос: «Долбаные ублюдки! Долбаные ублюдки! Долбаные ублюдки!»
Постепенно реальность стала смазанной. Весь мир превратился в балансировку на тонком канате между двумя видами боли — нарастающей тупой болью в мышцах из-за непосильного труда и острой болью, которой каралась передышка. Исчезли мысли. Исчезло ощущение времени. Даже таймер в уголке глаза исчез, нарочито создавая ощущение безвременности, нескончаемости этих мучений.
В океане боли был лишь один голос, сулящий надежду, обещающий избавление. Это был голос, который взывал к нам из старого динамика на стене штольни. Голос, который нам следовало слушать. За которым нам следовало повторять, махая киркой.
Ведь иначе нас ждало еще больше боли.
— Повторяйте за мной: «Отец Небесный!» — вещал из динамика человек, нарекший себя Исайей.
— Отец Небесный! — повторяли страждущие, остервенело долбя камень кайлом.
— «Я прихожу к Тебе в молитве, сознавая всю свою греховность».
— Я прихожу к Тебе в молитве, сознавая всю свою греховность!
— «Я верю твоему Слову. Я верю, что Ты принимаешь всякого, приходящего к Тебе».
— Я верю твоему Слову. Я верю, что Ты принимаешь всякого, приходящего к Тебе!
— «Господи, прости все мои грехи, будь милостив ко мне».
— Господи, прости все мои грехи, будь милостив ко мне.
И Он был милостив.
Через 12 часов мучения прекратились.
§ 11
Ноги не желали меня слушаться. Они волочились ровной с той скоростью, с какой могли. Хотя казалось, что они не могут вовсе. Вряд ли меня послушался бы и язык. Однако мозг и не думал отдавать ему команды.
Пока лифт поднимался, я сидел на полу, опершись о стену, так же, как и остальные. В моей голове не было мыслей. И вряд ли какие-то мысли были в голове кого-нибудь у остальных, пусть даже 12 часов назад часть из них грозилась со мной расправиться. Переведя взгляд на Фрэнка, я убедился, что он все еще жив, однако вряд ли сознает происходящее. Было видно, что каторга отняла у бедняги последние резервы сил, спрятанные в сокровенных глубинах души — о которых не подозреваешь, пока не окажешься на пороге гибели.
Когда лифт оказался наверху, люди начали один за другим медленно выползать наружу. Лишь громадным усилием воли я заставил себя сделать еще кое-что, прежде чем уйти. Вначале посмотрел на Фрэнка. Понял, что от него помощи ждать не стоит. Тогда потряс за плечо сидящего рядом Матео и кивнул на мирно лежащего старикашку, который не издавал звуков. Матео не сразу понял, чего я хочу. Потом, кажется, собирался было послать меня нахер. Но так и не собрался. Мы схватились негнущимися трясущимися руками за тощие плечи старика, и выволокли его наружу.
Там мы замерли, не сообразив, что делать дальше. В наши лица сразу же ударил луч прожектора, который после полумрака шахт резанул глаза, словно лезвие.
— Вы чего стали, недоумки?! — заорал усиленный аппаратурой бодрый голос интенданта Гриза, который, кажется, за время нашей смены успел отдохнуть и отоспаться.
— Он все, — еле сумел выдавить из себя Матео, кивнув на старика.
Слово «все» достаточно точно описывало остановку шестидесятилетнего сердцапримерно на восьмом часу непосильной работы. Достаточно точно как для человека, у которого больше нет сил ни на одно лишнее слово.