Из истории русского коннозаводства
- Автор: Витт Владимир Оскарович
- Год: 1952
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство сельскохозяйтсвенной литературы
- Жанр: Зоология
Электронная книга - «Из истории русского коннозаводства». Краткое содержание книги:
Голова Салтана 2 была идеальной красоты, чем и впоследствии славились все его потомки, если даже они и происходили от кобыл, в которых сильны были течения испано-датские или английские. Шея тонкая, длинная а подвижная с гибким затылком. Высокая холка. Упругая и гибкая спина, хорошая связь в пояснице; по-азиатски, а не по-арабски дельный, отлогий круп; по-арабски, а не по-азиатски глубокая и в меру широкая грудь. Высоконогость, цыбатость азиатских лошадей не должны были давать себя чувствовать в Салтане 2. Конечности, само собою разумеется, безупречны по сухости и правильности сложения, но можно было пожелать и большей коститости для лошади, предназначенной нести девятипудового седока.
Словом, если Салтан 2 еще не был желательным совершенством, еще не был жеребцом, о котором можно было бы сказать — «вот тип и образ новой породы», то он уже был близок к этому типу.
Кроме Салтана 2, нам известны всего четыре лошади — жеребец Араб 2 и три кобылы — типа скрещивания, подобного Салтану 2.
Численно группа азиатско-арабских помесей первого поколения представлена была в Хреновском заводе слабее других групп, например туркменско-датских или англо-арабских помесей. В нашем распоряжении кет документов, на основании которых мы могли бы ответить на вопрос, что явилось причиной этого малого числа азиатско-арабских помесей первого уцелевших для дальнейшей работы завода. Проводилось ли скрещивание подобного типа в меньших масштабах, чем другие, или же, что более вероятно, мы имеем в данном случае не предвидение неудачи скрещивания, а позднейшее констатирование его обычно неудовлетворительных результатов, на фоне которых Салтан 2 явился редким исключением.
Первопричину сравнительной неудачи арабско-азиатского скрещивания нам следует искать в том, что скрещивание между собой арабских и азиатских лошадей как форм, сравнительно мало отличающихся друг от друга, созданных и столетиями разводимых в близких условиях жизни, не создавало еще достаточно широкой амплитуды приспособленности помесей к измененным условиям жизни, не давало жизненной пластичности. В суровых условиях полустепного содержания помеси от скрещивания азиатских и арабских пород, привыкших к более южному климату, вероятно, уже в первом поколении исключались и элиминировались в большом проценте на путях естественного отбора. Простуживаясь, они болели и гибли зимой, хирели в летние засухи, вырастали недоразвитыми и браковались в большем проценте и числе, чем особи, получаемые от скрещивания географически удаленных друг от друга рас.
Вместе со Сметанкой и Салтаном 1 в 1774–1776 годах было выведено Орловым и поступило производителями в Островской завод еще десять жеребцов, из которых, однако, никто не шел ни в какое сравнение со Сметанкой и Салтаном 1. Это были:
Всех этих жеребцов надо считать арабскими, поскольку нет никаких противопоказаний.
По своему значению для верхового отделения лучшим из них был Араб 1, для рысистого отделения — Старик. Но ни того, ни другого завод, тем не менее, долго не задержал и после случного сезона 1781 года исключил из числа производителей. Все же от первых пяти жеребцов в списке завод оставлял и сыновей и дочерей; от Цесарбея, Каклияна и Бородавкина — только дочерей; от последних же двух жеребцов из списка вообще не было оставлено потомства в Хреновском заводе.
Внимание историков-исследователей необходимо остановить еще на одном любопытном обстоятельстве. В. И. Шишкин, хотя и имел в своем распоряжении документы архива Хреновского завода, но все же запутался в обстоятельствах ввода лошадей из Аравии и Турции. Он не принял во внимание лошадей, полученных Орловым от Али-Бея еще во время войны, и поэтому его баланс ввоза никак не сходится. В архивах Хреновского завода, по всей видимости, была запись о том, что из числа выведенных из Аравии после войны лошадей в завод поступили девять жеребцов и девять кобыл, а вместе с тем, когда Шишкин справлялся по заводским книгам, то для него несомненным становилось, что арабских жеребцов было двенадцать. Разрешить это противоречие между двумя одинаково для него авторитетными источниками Шишкин не сумел.
И вот, в 1824 году, в первой своей заметке, помещенной в «Записках для охотников до лошадей», В. И. Шишкин сообщает, что в основу арабского отделения Хреновского завода легли девять жеребцов и девять кобыл, выведенных из Аравии, а в докладной своей записке Управлению государственного коннозаводства в 1845 году, писанной на основе материалов и вывозок из хреновского архива, сделанных им «еще в бытность управляющим заводом», он уже приводит поименный список двенадцати жеребцов и девяти кобыл.