Манекен за столом. Роман-антиутопия [CИ]

— В пески! Не в море же.

— Да, верно.

— Потом едешь, едешь. Едешь прямо.

— Прямо? — уточнил я.

— По дороге прямо едешь! А так она петляет. Потом стоп. Отель. Просто, не так ли?

— Пожалуй, — согласился я. — Занесло вас. А это действительно отель?

— Наверху пустые комнаты. Внизу торгуют самогоном. И солёными ящерицами. На, хочешь, поговори с Дар. Она так и рвётся.

— Привет, Пик! — сказала Дар. — Голос у неё звучал весело. — Витамин немного преувеличивает. Кормят здесь вполне прилично, и выпить есть что. Тебе бы понравилось.

— А как насчёт барханов в ванной?

— Не без этого. Пустыня всё-таки. А двери здесь не закрываются, потому что и так дышать нечем. Вообще-то здесь ужасно. Хочу домой. Мы на тебя надеемся. Как там наша малышка?

— Какая малышка?

— Топ! Я бросила её, и мне немного стыдно. Ты позаботься о ней. Кстати, она очень важная персона, так что будь хорошим ма…

Связь прервалась. Пески, подумал я.

Опыта в отеле не оказалось. Такой результат меня не устраивал, и я продолжал находиться в холле, пока все хамы, включая портье Масштаба, не стали наперебой мне объяснять, что за коротышкой заходили какие-то карьеристы.

Меня опередили.

Бар «Рудимент» располагался у самого прибоя. И сейчас там было пусто.

Бар окружали огромные пальмы. Только вечером появлялись отдыхающие, любители позагорать в лучах закатного солнца. Они держались отчужденно, заплывали недалеко, плескались в прибережных волнах. Они были полностью заняты собой и выглядели чужеродно на необъятном берегу, перед первобытным покоем пустынного океана.

Я обошел старую башню и наткнулся на Тугодума. Тяжеловес восседал всей своей тушей на складном стульчике с театральным биноклем в руках. По его лицу тек пот.

Перед домом мэра расположился оркестр.

— Ждут в гости, — сказал я.

— Нет-нет, — живо сказал Тугодум, едва обратив на меня внимание. — Что мы такого сделали?

Тугодум судорожно вздохнул.

— Внутри кто-то есть? — спросил я.

Лидер драматически мотнул головой.

— Ты передумал?

Он так же безмолвно кивнул.

— Ты сможешь предупредить Опыта? — внезапно сказал он севшим голосом.

— А где он?

— В архиве. Получает разрешение на выезд.

Тугодум подался ко мне. Весь глянец с него сошел. Две ножки стульчика ушли в землю глубже других.

— Банкет окончен. Нам даже не будут аплодировать. Переместят в столицу, и все. Чехол собирается уходить. Избегает безлюдных мест. Надо быть на виду. А на строительство вообще не суются. Там эти… калеки. Хотят найти шоу. Ждут нерукотворных тротуаров. Зодчие. Веришь, кусок в горло не лезет. Может, успеешь с Опытом.

Грузовик Опыта стоял возле архива.

Я вбежал в мэрию. По лестнице спускался Абсурд. Я метнулся в сторону, и чуть не сшиб выходящего из туалета Опыта.

Я втолкнул его обратно.

— Ты что наделал?

Он даже не дернулся. Он был такой мелкий, что его никто не замечал.